Он приземлился в Москве вечером среды. Увидев знакомого водителя и давнего друга Эдгара Вейдеманиса, Дронго понял, что они чем-то схожи — как два льва в плену одного невероятного мира. После распада СССР бывший советский разведчик чувствовал себя чужим на земле.
Она стоила как дорогой автомобиль, но внешне была похожа на обычную. Компьютеры и телефоны, установленные на столе, были без логотипов названий фирм, так как тоже собирались по особым заказам. В углу, рядом с книжным шкафом, находилась незаметная дверь в так называемую комнату отдыха для президента компании.
– Добрый день, господин Дронго, – встал из-за стола Деменштейн, подходя к эксперту и пожимая ему руку, – со вчерашнего дня мы пытаемся решить, как нам жить дальше. Если Френкель и компания знают о наших проблемах, то они уже наверняка ищут Неверова параллельно с нами.
Вошедший следом за Дронго Валерий Арсаев явно порывался что-то сказать, но не смел перебить президента.
– Я полагаю, что эта опасность существует, – кивнул Дронго, – но мне кажется, что они его не найдут. Более того, я все больше склоняюсь к мысли, что он не просто пропал, а его физически устранили.
– Садитесь, – показал Лев Давидович на два кресла, стоявших в углу.
– Почему вы так думаете? – спросил Деменштейн. – У вас есть основания полагать, что его убили?"
"– Да. Все больше и больше. Я сегодня утром видел его дачу. У него там был достаточно большой участок, и сразу заметно, с какой любовью и вниманием он относился к этим насаждениям. Внезапно исчезнув, он обрекает свой участок на фактическую гибель. Для человека, который много лет ухаживал за дачей, это равносильно собственной смерти.
– Интересно. Вот что значит свежий взгляд, – строго сказал Лев Давидович, обращаясь к Арсаеву. – Нашим бы подобное и в голову не пришло.
– Затем дальше. У него остается собака Джульбарс, которая жила на даче. Согласитесь, что собака тоже показательный пример. Нельзя просто так бросить свою собаку, обрекая ее фактически на голодную смерть, если бы на следующий день туда не догадалась приехать дочь хозяина. И, наконец, самое главное. В тот вечер, когда он исчез, Неверов позвонил своей дочери и сообщил, что скоро приедет.
