Марион ей настолько не понравилась, что дарить сей сушеной вобле новые идеи…. Насколько ей был симпатичен Хельке, настолько раздражала эта стервятина! Эввир был… живой! Эта же…
— Я сделаю, как вы приказали, Ваше сиятельство.
А на лице воблы отчетливо читалось, что ее бы воля — она бы такую клиентку выгнала поганой метлой. Что это такое?! Юбка и жилет! Ни нижних юбок, ни оборок, ни вышивки, ни еще какой роскоши… омерзительно!
Лилю такими мелочами было не смутить.
— Два серебряных. И не советую торговаться. Я и так переплачиваю втрое!
Марион скривилась, но вынуждена была согласиться.
— Да, ваше сиятельство.
Лиля опустила ресницы. То-то же.
— Через два дня отправите мой заказ в трактир «Свинья и собака».
— Я непонятно выразилась?
Судя по лицу Марион — графиня уронила себя окончательно. А Лиля с тоской подумала — сколько ж она допускает таких ляпов?! Это Марион открыто поджимает губы. А остальные молчат — и мотают на ус.
Сколько пройдет времени прежде чем ее чудачества вызовут интерес?
И интерес у человека или людей, от которых не откреститься титулом?
Хорошо еще здесь нет святой инквизиции.
Обратно в трактир Лиля возвращалась слегка удрученной. Вирмане, видя состояние графини, не решались лезть с разговорами.
А в таверне ее ждало известие.
— Госпожа графиня, ваш раненый очнулся.
Лиля кивнула — и отправилась проверять состояние пациента.
Мужчина лежал на кровати и безучастно смотрел в окно. Лиля отметила, что глаза у него тоже черные. Но к цыганскому типу он точно не относится. Слишком они большие.
— Вы — Лилиан Иртон?
— Графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон, с вашего позволения, — представилась Лилиан. И не спрашивая, откинула одеяло.
Вот тут с пациента мигом слетела вся невозмутимость.
— Я лично вправляла ваш перелом, перевязывала рану и зашивала ее. Так что не вижу ничего страшного в осмотре. Или вы полагаете, что можете меня заинтересовать как мужчина?
Лиля понимала, что не стоит. Но от шпильки удержаться не смогла.
Мужчина сверкнул на нее глазами.
— Ага. Почти не кровит. Нога тоже ровно. Скажите, вы можете позволить себе лежать несколько десятков дней?
— Чтобы выздороветь.
— Ваше сиятельство, мне сказали, что это перелом ноги. Даже если я буду ходить — все равно буду хромать…. Вы знаете обычай нашего народа?
— Убивать или изгонять калек? Да.
— Меня надо было оставить там, на улице.
— Надо бы. Но вы не будете калекой.
— Ваше сиятельство, в мире не бывает чудес.
— Бывают, — Лиля пожала плечами. — Перелом кости — это не так сложно. Надо просто ровно ее сложить, наложить фиксаторы… то есть сделать так, чтобы вы ее не сдвинули, вытянуть ногу — для этого вам привязали ее к ножке кровати — и ждать. Через двадцать-тридцать дней будет видно, срослась нога или нет.