Неизвестно, сколько бы еще так просидела… Кто знает? Она услышала тихое и тревожное потрескивание радиотелефона. Вздрогнув, посмотрела на него, не понимая: какие еще звуки могут раздаваться в доме, если ОН умер?! Егор умер?! И его никогда уже не будет?! Никогда? Только сейчас до ее сознания дошла эта страшная истина. Егора уже НИКОГДА НЕ БУДЕТ!!! Все будет: и она, и этот дом, и эта тайга, и все-все остальное… Все, кроме ее любимого Егора. Это показалось настолько диким, настолько несправедливым, что Варя, издав нечеловеческий вопль, без чувств повалилась на пол, рядом с кроватью, где покоилось неподвижное тело…
Так и нашли ее вертолетчики, посланные управлением, когда поняли, что на заимке Егора Капоты что-то случилось…
Начавшаяся послеродовая горячка не позволила Варваре похоронить Егора: врачи две недели боролись сначала за ее жизнь, потом за жизнь ребенка. Девочка появилась на свет чуть раньше положенного срока, и еще долго врачи тревожились за нее. Когда же опасность миновала, Варя, к удивлению всех родных и знакомых, решила вернуться в тайгу и продолжить дело погибшего Егора. Ее отговаривали, пугали трудностями, непосильной жизнью одной в тайге — ничто не сломило ее решения.
Она упорно доказывала начальству свое право заменить Егора. Убеждала, что справится с работой, что никто не знает участок лучше, чем она… После некоторых колебаний руководство сдалось, уверенное в том, что долго женщина не сможет там выдержать, тем более имея на руках грудного ребенка: ребенок есть ребенок — ему внимание, уход и особые условия нужны…
Записав дочку в честь мужа под именем Егоринка, не слушая более никаких советов. Варя отправилась в свой таежный дом, в тот дом, где дочери была дана жизнь…
Егора похоронили недалеко от таежной заимки, на высоком берегу реки. Первое, что сделала Варя, вернувшись домой, отправилась на его могилу.
С фотографии на надгробном камне смотрел улыбающийся Егор на реку, на тайгу, на нее, свою жену… Варя положила на могилу его любимые гвоздики, привезенные из города, и сидела, не сводя глаз с фотографии до тех пор, пока маленькая Егоринка не подала свой упрямый голосок, требуя внимания…
В первое время Варваре, конечно, тяжело было жить и работать одной на заимке: дочка нуждалась в постоянном внимании и заботе. За день женщина выматывалась так, что, добравшись поздней ночью до кровати, мгновенно засыпала.
Может быть, эта ежесекундная занятость и помогла ей пережить страшную утрату… Всю свою любовь, всю свою нежность перенесла она на крохотное существо, в котором была частица дорогого человека…
Поначалу, чтобы поддержать Варвару и помочь ей, на заимку приезжали из управления, но сталкивались с возражениями и недовольством хозяйки.