Сейчас, когда прошло столько времени и когда с ним столько всего приключилось, ему легче стало разбираться во многом. Да он, как ему казалось, разобрался и винил только себя самого. И в новую историю ни сам не хотел попадать, ни кого-то втягивать не собирался. После всех этих раздумий Савелий пробовал найти повод, чтобы к чему-нибудь придраться или нахамить — в общем, создать ситуацию, при которой Варе стало бы противно общаться с ним… Однако ничего не получалось, и он стал накачивать себя алкоголем «для храбрости»…
Ему и самому было противно то, что он задумал, но иного выхода не видел. Хмуро ухмыльнувшись, он поднял на нее глаза и неожиданно пьяно бросил:
— Что, не выдержала? Ждала, ждала, когда этот неблагодарный, которого спасла от неминуемой смерти… кормит, поит, одевает которого… когда он расколется наконец?. А он молчит и молчит! Молчит и молчит!..
Поднявшись со стула. Варя посмотрела на Савелия глазами, полными слез, и тихо прошептала:
— Зачем ты, Савелий… так-то? — И медленно вышла из комнаты,
Савелий и сам себе не мог признаться, объяснить, почему он решил так обидеть эту удивительную женщину, но остановиться уже не мог. Не мог, да и не хотел… «Все правильно!.. Ишь, не понравилось! Вскочила, ушла!..» Он заводил сам себя, но на душе было мерзко и муторно. «Ну и пусть!.. Пусть!.. Самый момент прервать все это. Погостил и будет!.. Хорошего помаленьку!» Он порылся в карманах и вытащил карту Угрюмого…
Теперь, когда он с Варей столько поколесил по тайге, в ней стало все понятным. Ну что? Отважится он наконец или нет? Он хлебнул еще настойки, поковырял вилкой в салате и решительно поднялся из-за стола, накидал в рюкзак хлеба, соли и всего, что можно было взять со стола… Затем сунул в карман свою финку, быстро оделся. Нет, просто так он не может уйти! Не может!.. Савелий вырвал листок из тетради и быстро набросал:
«Милая Варюша! От всего сердца благодарю Вас за все, что Вы для меня сделали! В ближайшее время верну все, что задолжал! Спасибо за неповторимый день рождения! Я никогда не забуду его! Ухожу потому, что так надо!.. Мне трудно, невыносимо трудно жить среди людей!.. Простите меня и… прощайте! Всегда буду помнить о Вас! Савелий».
Прислонив листок с посланием к графину, он торопливо, словно боясь передумать, собрался, закинул рюкзак за плечи, подхватил карабин — подарок Вари — и быстро вышел из дома.
У крыльца встретил радостно повизгивающего Мишку, который был уверен, что они снова идут в тайгу.
