Прошло почти сутки, и я все еще шагаю вокруг дачи генерала Калутина. Насколько мне известно, здесь были оставлены последние запасы продовольствия для эвакуации из зоны осадков. Внутри дома мне не доверили, так как это могло быть опасным. Теперь я сосредоточенно исследую каждый уголок, стараясь увидеть скрытые трещины или повреждения, которые могут предупредить о том, что здание больше нельзя использовать....
Отец тут тоже участвовал, благотворительность типа.
— Понятно. Слушай, высадишь меня на пешеходном переходе?
— Да зачем на переходе? Я прям к дому подкину. Мне все равно делать нечего.
Так и оказалось, он подкинул меня до самого дома, высадил, а затем укатил. Что заставило его изменить ко мне отношение — сложно сказать. Мозги на место встали? Впрочем, мне-то какая разница?
Вошёл в свой подъезд, поднялся на нужный этаж. Мамы дома не оказалось, видимо на работе. Ничего страшного.
Отдохнул после дороги, побродил по квартире, поностальгировал.
Не прошло и получаса, как вернулась мама. Увидев меня, она растрогалась, не сдержала слезы радости. Вцепилась в меня, а я в нее. Так и стояли в коридоре несколько минут.
Потом прошли в зал, болтали там часа два. Я рассказал про свое обучение, про то, что скоро стану офицером, чему она очень обрадовалась.
Так же я рассказал ей про Лену, но лишь в общих чертах.
— Максим, я сейчас приготовлю ужин, а ты сбегай за продуктами.
— Мам, да все в порядке. Говори, что нужно, все куплю.
— Ой, только наш гастроном закрылся, придется в соседний квартал идти, а на улице холодно. Твоя старая одежда на тебя теперь и не налезет. Ты в весе прибавил, в плечах шире стал. Прям уходил мальчиком, а через полтора года вернулся мужчиной.
— Мам, ну чего ты? — я подошёл ближе, обнял ее покрепче. — Я же не с автоматом на душманов бегал, а так, больше для вида. Скорее головой работал, чем ногами.
Правду говорить не стал. Иногда бывает, что правда не нужна.
