Безусловно, при анализе расклада следовало учитывать и другое: ни Сталин, судя по его поведению на съезде, ни «тени прошлого» Ворошилов и Каганович в предстоящей схватке, скорее всего, участвовать не будут, просто примут ее исход, каким бы он ни оказался.
Иным образом выглядел Секретариат ЦК, на этот раз необычайно многочисленный. Он включал, во-первых, первого секретаря Челябинского обкома А.Б. Аристова, первого секретаря ЦК КП Молдавии Л.И. Брежнева, первого секретаря Краснодарского крайкома Н.Г. Игнатова — новичков на Старой площади; во-вторых, Н.А. Михайлова, четырнадцать лет возглавлявшего комсомол, Н.М. Пегова, прошедшего недолгую школу заведующего Отделом партийных, профсоюзных и комсомольских органов; в-третьих, Г.М. Маленкова, П.К. Пономаренко, И.В. Сталина, М.А. Суслова, Н.С. Хрущева, опытнейших аппаратчиков, которым и предстояло вершить здесь все дела.
Наконец, на следующем уровне власти, просто членами Президиума ЦК, оказались: С.Д. Игнатьев — министр госбезопасности, В.В. Кузнецов — председатель ВЦСПС, В.А. Малышев, А.И. Микоян, В.М. Молотов, Д.И. Чесноков — заведующий новым Отделом философских и правовых наук, Н.М. Шверник, М.Ф. Шкирятов, ставший только теперь официально председателем КПК, руководители наиболее значительных парторганизаций — В.М. Андрианов (Ленинградская область), Л.Г. Мельников (Украина) и республиканских государственных структур — Д.С. Коротченко, председатель СМ УССР, О.В. Куусинен, председатель ПВС Карело-Финской ССР.
Однако новая, весьма сложная конструкция власти просуществовала недолго. Уже несколькими неделями позже ее пришлось изменить так, чтобы она более точно соответствовала реально сложившемуся балансу сил, разграничив сферы деятельности двух теперь бесспорных лидеров Маленкова и Берия, то есть тех, кто оказался подлинным претендентом на полную власть, на наследство вождя.
То, что Сталин больше не может или просто не хочет сохранять даже видимость своего былого величия для тех, кто постоянно общался с ним, с каждым днем становилось все более очевидным. И потому Бюро Президиума ЦК пришлось воспользоваться методом решения возникшей проблемы по образцу, выработанному еще 16 февраля 1951 г., только на этот раз не ограничиваться Совмином, а распространить его и на высшие органы партии.
