Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
— Я в это не верю.
Девушка поджимает губы, ее взгляд сверлит во мне дыру, но она не отвечает. Кажется, все еще пытается противиться своим потребностям. Ей же хуже, потому что я хочу, чтобы она снова в меня влюбилась… только так я смогу разрушить ее так, как это сделала она. Ее уверенность откалывается кусочек за кусочком, и я буду там, когда рухнет все.
Поддев пальцами эластичную резинку, одним движением стягиваю вниз боксеры. От взгляда на мой наполовину эрегированный член Ванесса округляет глаза, что заставляет меня задаться вопросом, не боится ли она, если я войду в нее… Или же страх отсутствует напрочь.
Ухмыляюсь, когда она прикрывает затвердевшие соски одной рукой, пытаясь скрыть свое возбуждение при виде моего проколотого пирсингом члена.
— Не стесняйся, Принцесса. Это естественно, — протягиваю я.
— Нет, — отвечает она, приседая.
— Как хочешь. Вставай, — произношу я, подступая к ванне.
Подхожу ближе и кладу руку на ее талию. Она морщится, пытаясь отодвинуться, но металлический наручник на ее запястье не дает ей этого сделать.
— Не двигайся, Принцесса. Ты себе только навредишь.
— От-твали, — произносит она.
— Хмм… уверена? — говорю я, увеличивая температуру на один градус. Она широко распахивает глаза и ахает. — Или нет? — Снова делаю температуру прежней.
— Нет, включи теплее! — говорит она, дергаясь в наручниках.
— Прекрати, — отвечаю я, шлепая ее по груди. — Я сказал тебе не двигаться.
— Прости, — произносит она.
Я шлепаю ее по второй сиське, отчего она визжит.
— И не смей, мать твою, говорить, что мне делать.
— Прости! — повторяет она, в этот раз громче.
— А теперь чего ты хочешь, мм? Чтобы я сделал воду горячее? Попроси мило.
— Можешь повысить температуру воды, пожалуйста? — просит она, ласково и умоляюще.
Люблю этот тон… он напоминает мне давнишние времена, когда Ванесса еще хотела меня и не была коварной сукой.
— Что ты сделаешь для меня? — спрашиваю я, притягивая ее ближе. Холодная грудь трется о мою кожу, вызывая мурашки.
— Да.
— Все еще считаешь меня милым?
Она сглатывает и обдумывает ответ секунду.
— Только когда ты хочешь.
— Вот именно. И не берись что-либо решать. Ты не сможешь манипулировать мной. Я не позволю, так что даже и думать забудь, — сжимаю ее задницу так крепко, что она морщится, а от моих пальцев у нее на коже остаются красные следы."
"Лицо Ванессы светится, когда я наклоняюсь, чтобы вдохнуть ее аромат.
