Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
Парень просто качает головой и направляется к двери, захлопывая ее за собой. Полагаю, он смог противостоять искушению, а я нет.
И теперь я лежу здесь, на асфальте, и люди внутри здания смотрят на меня с незабываемым, хорошо известным презрительным взглядом. Я — грязь на земле, на которую они наступают, после чего вытирают ботинки.
Прямо там я решаю, что меня больше никогда не посмеют высмеять.
Единственное, что связывало меня с этой землёй, что делало меня человеком, что сдерживало от всех ужасных мыслей, вращающихся в моей голове, — это она.
Она.
Женщина, которая первой предала меня.
Ничего не мешает мне стать тем, кем я хочу быть сейчас. Ничего.
Я стану тем, кого они будут бояться. Человеком, который знает всех, но никто не знает его. Я стану усиленной и улучшенной версией себя. Стану невидимым. И, когда буду готов, покажу миру свое новое я.
Они будут дрожать от страха перед моим превращением.
И тогда я убью их всех.
Глава 24
Феникс
Она говорит, что любит меня, но я помню иное.
В тот день я понял, что она сделала свой выбор.
Тогда же я сделал свой.
— Ты не смеешь говорить о любви, — выплевываю я. — Не после того, что сделала.
— Я знаю, что сделала, но для этого была причина, и весомая.
— Меня не ебут твои причины. Если бы ты так сильно любила меня, то сделала бы все, чтобы быть со мной, и я имею в виду, все на свете, черт тебя дери.
— Ты не понимаешь. Моя мать не разрешила бы мне, — отвечает Ванесса.
Нахер ее мать. Нахрен все. Я открываю рот, чтобы высказать ей, что чувствую, но у меня не остается времени.
Я никого не жду, судя по всему, как и Ванесса.
Так откуда звонок? И что еще более важно... как, черт возьми, кто-то прошел через закрытые ворота?
— Феникс, ты там?
У меня округляются глаза.
Дерьмо. Этот голос я узнаю.
ДеЛука.
— Блядь.
* * *
Ванесса
Феникс немедленно надевает штаны, вытаскивает меня из-за стола и тащит по коридору. У меня даже не остается времени, чтобы одеться.
— Подожди! Я же все еще голая, — начинаю я.
— Нет времени, — рычит он, тащя меня наверх.
— Куда мы идем?
Феникс не отвечает, продолжая тащить меня по лестнице, словно одержимый.
Стук в дверь продолжается, привлекая мое внимание. Кто бы это мог быть? Кто-то пришел спасти меня? Нет, человек обратился к Фениксу по имени, так что мне не может так повезти.
— Что происходит? — спрашиваю парня.
Феникс тащит меня на чердак.
— Ничего.
