Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
— Я никогда не испытывал сожаления или угрызений совести за убийство.
— Но она невиновна. Только то, что она связана со мной, не значит, что она сделала что-то не так, — говорю я, вздыхая. — Они не понимают, что я могу сделать. Не понимают, кто я.
Феникс прищуривается.
— Пожалуйста... — бормочет и плачет Пейдж.
— Пожалуйста, оставь ее в покое. Я дам тебе все, что ты захочешь, — говорю я. — Все, что тебе нужно. Я сделаю это.
— Без возражений, — добавляет он, и не вопросом, а скорее, утверждением.
— Хорошо, — киваю я.
На мгновение становится тихо. Он все еще тычет пистолетом Пейдж в голову, и я молюсь, чтобы он не выстрелил. Не хочу, чтобы ее смерть осталась на моих руках. Я буду чувствовать себя виноватой, хоть и не я спущу курок. Знаю, что Феникс заставит меня почувствовать себя виноватой, независимо от того, останется ли она жива. Но, может быть, я все равно могу спасти ее, даже если саму меня спасти будет нельзя.
Из нее вырывается всхлип, а затем он дергает ее назад и толкает через дверь.
— Что ты делаешь? — кричу я. — Куда ты идешь? Не смей причинять ей боль!
— Пожалуйста! Остановитесь! — Я слышу крик Пейдж.
Он захлопывает дверь. Теперь я могу только слушать эту пытку. Сердце бьется в горле, когда я слышу, как Феникс тащит ее по коридору. Еще одна дверь скрипит, а затем ее крики становятся приглушенными. Похоже, он закрыл ей рот. После следует глухой удар и становится тихо.
Интересно, не сбросил ли он ее вниз по лестнице. Не задушил ли в другой комнате. Не ударил ли так сильно, что она упала, ударилась головой об стол и умерла.
Когда Феникс возвращается, я глубоко вздыхаю. Он открывает дверь с такой же злостью, как и прежде, его взгляд почти обжигает.
— Что ты с ней сделал? — спрашиваю я.
— Ага, тебе интересно, не так ли?
— Ты убил ее? — рычу я. — Потому что клянусь Богом, если ты это сделал…
— То что? Попробуешь что-то предпринять? — Он ухмыляется. — Потому что, валяй, сделай это.
Мне пришлось проглотить свое отвращение.
— Скажи мне, она еще жива?
Он проходит через комнату и кладет пистолет на стол.
— Может быть.
— Если не скажешь, нашему соглашению конец.
— Какому соглашению? — спрашивает он.
— Я не стану легкой добычей, если ты ее убил.
Феникс приближается к моей клетке и стучит по металлу.
— Ты забыла ту часть, где ты в клетке, и я могу делать с тобой все, что хочу.
