Стальной пейзаж за окном напоминал огромную печать будущего, где черные стены провала выделялись на зеленеющем фоне леса. Вокруг тихо шёпотом сновали люди в одеждах скорби, а над головой сияло кровавое пятно - яркий огонь, что-то неземное и безумное из глубин провала.
Похоже, «Стальные небеса» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Знал и то, что генерал искренне восхищается им, что, впрочем, не помешает ему при возможности перерезать правителю горло и захватить престол. Часто Итхир-Кас жалел, что Ренх-Сат не родился его сыном, ибо оба сына оказались слизняками, неспособными даже разумный заговор против отца сотворить и именно из-за этого казненными. А этот был силен и достоин продолжить императорский род.
Итхир-Кас поднялся, и шепотки замолкли.
– Возьми себе любой сундук из тех, что принесли мне, – велел император тха-нору Арвехши. – Я доволен тобой.
– Благодарю, мой император, – проговорил тха-нор, склоняясь еще ниже.
– Сильно ли ты устал?
– Совсем нет, если тебе нужна моя служба, – твердо ответил Арвехши.
– Тогда полетишь со мной, – приказал Итхир-Кас. – Тебе отдам я сеть, и сразу отправишься из Лакшии ко вратам в Инляндию. А я проведу молебен в честь божественных господ наших и вернусь сюда, в Орвису.
Арвехши так и остался стоять, склонившись, и император прошел мимо него и вновь зашептавшихся подданных. Он знал, о чем они шепчутся на этот раз.
* * *В Лакшию два раньяра прилетели в середине следующего дня. Итхир-Кас на золоченую площадь перед своим дворцом ступил твердо, а Арвехши, не обладающий выносливостью прямого потомка первого императора, мешком свалился на землю, да там и заснул, не в состоянии встать.
Повелителю навстречу бежала охрана дворца, советники, наместник – все они, не добежав десятка шагов, падали на колени и кричали:
– Слава императору.
– Слава богам, подарившим счастье лицезреть тебя, великий.
Выбежала из дворца и Анлин-Кас, единственная дочь его старшего сына, держа в руках чашу с простой водой: она знала, что из ее рук он примет воду, не проверяя на яды, но все равно отпила перед тем, как подать ему.
Он любил ее, хотя и держал в страхе, поэтому, допив воду и откинув чашу, с удовольствием похлопал по голове, когда она склонилась, целуя его ладонь. Волосы ее были заплетены в сотню косичек, украшены золотыми монетами и драгоценными камнями, но внучка императора не была изнежена.
