В шкафчике под раковиной позади упаковок с моими тампонами нашлась небольшая коробка, в которой лежали перекись водорода, стерильный бинт и антибактериальная мазь. На дне обнаружилась запакованная металлическая губка для мытья посуды.
– Черт, это и правда происходит часто, – пробормотала я.
Схватив коробку, я поспешила в комнату. Бекетт как раз осторожно пытался устроиться на кровати, опираясь спиной на подушку.
– Может, лучше поехать в больницу?
– Все нормально, – сказал он. – Бывало и хуже.
Я вспомнила слова Дарлин о том, что у него нет страховки. Но ему должны были оказать хотя бы неотложную помощь.
Он заметил, что я нервно грызу губу.
– Зэл, все правда хорошо. Я ушиб локоть и сильно расцарапал ногу, вот и все. С этим нет смысла идти к врачу.
– Ты не ударился головой? Она у тебя не болит?
Я еще раз окинула его пристальным взглядом, после чего опустила аптечку рядом с кроватью. Достав из шкафа чистое полотенце, я аккуратно положила его Бекетту под ногу. Он откинулся на подушку.
– Ссадины не очень глубокие, – проговорила я, осмотрев рану. – Но будет капец как больно. Хочешь, я сбегаю в магазин и куплю что-нибудь алкогольное?
Он наклонил голову набок.
– В кино перед тем, как начать какую-нибудь жуткую операцию, герою всегда дают глоток виски или еще чего-нибудь крепкого, чтобы притупить боль.
– Ты собираешься отпилить мне ногу?
– Не исключено. Пока ты не превратился в оборотня.
Он усмехнулся – впервые с тех пор, как замкнулся в себе.
– Все будет нормально, – сказал он. – Мне в любом случае нельзя напиваться. Завтра на работу.
Мои глаза вспыхнули.
– Ты завтра никуда не пойдешь!
– Я должен, Зэл. Не могу позволить себе не идти.
Распаковав металлическую губку, я смочила ее перекисью водорода.
– Я справлюсь. Наверное.
Я оперлась рукой о щиколотку Бекетта, рассеянно отмечая, что он каким-то чудом получил от природы красивые ноги. Его ступни были симпатичными, а икроножные мышцы – крепкими и хорошо очерченными. Но теперь, сидя вблизи, я заметила несколько небольших шрамов возле его коленки и вспомнила слова Дарлин о том, что рано или поздно его наверняка собьет машина.
– Подожди! – воскликнул Бекетт, как только я прикоснулась губкой к его коже.
Я вскрикнула и отдернула руку.
– Господи, что случилось?
– Ты не дала мне палку, чтобы я мог ее закусить.
– Иди к черту! – Я шлепнула его по пятке. – Сейчас ты допрыгаешься, и я стану возить этой штукой по твоей ноге изо всех сил.
Он улыбнулся и снова улегся на подушку.
– Этого я и добивался.
