Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
— А ну-ка, марш на позиции, и еще двадцать минут отрабатываем связки!
Вот кто тут настоящий душнила… Пес, блин!
Сегодня Саныч дрючил нас как тех Сидоровых коз. Он будто с цепи сорвался! Но сейчас мне это только на руку, потому как домой я вернулся к половине десятого, а потом, дабы скоротать время, еще полчаса гулял с Торром.
И остается у нас сто двадцать одна минута до встречи. Или семь тысяч двести шестьдесят секунд.
Быстро принимаю душ и ужинаю на ходу. Тяну со стола то кусок пирога, то кусок мясного рулета, параллельно натягивая спортивки и фиксируя на запястье часы.
Мама, конечно же, не одобряет того, что я кусочничаю, но все же недовольства не выказывает. Думаю, догадывается, куда я лыжи навострил. А если учесть, что в руках у меня ключи от своей квартиры, до утра ждать не станет.
— Будь осторожен, сынок, — говорит мама, прикладывая к моему лицу мягкую ладонь, и целует в щеку.
— Все, я ушел! Люблю!
Спускаюсь в гараж. Отъезжаю от дома. Набираю скорость. В дороге строчу Ане сообщение, чтобы готовилась моя ненаглядная. Сегодня я украду ее. И не на десять минут, а на всю ночь. Этот факт заряжает меня, усиливая «голод».
Как и в прошлый раз бросаю тачку чуть дальше участка новенькой и, перемахнув через забор, несусь к окнам ее комнаты.
— Аня… А-ня! — шепчу в темноте. — Тихоня! Выходи!
Когда шторы распахиваются, вижу моего ангела. Открыв одну створку, Тихая села на подоконник и, свесив ноги, прыгнула ко мне в объятия, где я тут же подхватил пушинку на руки.
— Ох, Мирон… Чувствует мое сердце, что эти ночные прогулки добром не кончатся! — шелестит Аня, уткнувшись лицом в мою грудь и крепко обняв за шею, словно хочет навсегда остаться в моих объятиях.
— Не нагнетай, сладкая, — я только крепче прижал малышку к себе, чувствуя, как бьется ее сердце, а затем осторожно поставил на землю.
Чтобы нас не увидели любопытные соседи, сразу увожу Аню со двора, освещая дорогу фонариком на телефоне. Крепко держу Тихоню за руку и направляюсь к машине. Двигаюсь широким шагом, не замечая того, как Аня, не поспевая за мной, переходит на бег. Но сейчас важна каждая минута, которую я хочу провести со своей девушкой.
— Куда мы поедем? — с волнением в голосе спрашивает Аня.
