Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
— Ко мне, — помогая ей пристегнуться, быстро покидаю район, в котором живут в основном заядлые ботаны-профессора.
— Нет! Что ты… Там же твои родители. Мир, давай просто погуляем!
— Мы поедем в мою квартиру.
— Нет! Нет! Нет! — тут же прилетает категоричный отказ. — Я не поеду к тебе! — упрямится Колючка, сотрясаясь.
— Ань, ну не можешь же ты вечно закрываться от меня… — кладу ладонь на острое колено и сжимаю его. — Мы просто проведем время вместе. Ничего не будет, честно. Ну… То есть… Не будет, если ты не захочешь.
Когда оказываемая в квартире, сразу занимаем место на кухне. Чтобы хоть как-то отвлечь тараканов Тихони, которые устраивают в ее головушке всемирный переполох, предлагаю приготовить ужин. Сославшись на то, что не успел нормально поесть, достаю из холодильника все продукты, которые только были, и думаю, что же из этого может получиться.
Яйца, зелень, шампиньоны, какая-то непонятная колбаса и томаты… Бутылку пива решил не трогать.
М-да, не густо… Вот что значит появляться на хате только после кутежа в клубе. Типичное холостяцкое убежище.
— Мирон, когда ты в последний раз ходил за продуктами? — несмело спрашивает Аня, разглядывая на упаковке с колбасой срок годности. — Могу порадовать тебя только яичницей, — и смеется. Скромно как обычно. Но блин… Ей так идет улыбка.
— Я не привередлив. Но если ты будешь ходить со мной в магазин… А лучше… Переезжай ко мне, Ань, — прижимая Тихоню к столу, лезу с поцелуями. На хуй мне этот ужин, когда она рядом?
— Мирон… Кхм… Ты сумасшедший! Переезд? Так быстро? Я… Я не могу… — шепчет Аня, легонько отталкивая меня. — Неужели ничего не понимаешь? Нам же нельзя быть вместе! — и, повернувшись ко мне спиной, приступает к готовке.
— Слушай, я уже понял, что родители у тебя… Строгие. Назовем это так. Но рано или поздно им придется рассказать о нас.
"— У меня нет ответа на этот вопрос. Так что давай пока закроем эту тему, хорошо? И… Ты, помнится мне, голоден.
— Очень, — поддевая кончик ее носа своим, пробираюсь руками под толстовку и все еще недоумеваю, как я смог так быстро привязаться к человеку, что готов видеть ее все двадцать четыре на семь.
