Автор
Мир быстро меняется, и каждый шаг кажется предвестником неизбежного изменения. Аня Т., с ее склонностью переживать каждое перемещение, испытывает это особенно остро — от переезда в новый район до выбора маршрута до любимого магазина. Но вот она столкнулась с человеком, который несет в себе потенциал для переворота в ее обычной жизни: Станется моей победой....
Да даже если и так… Даже если этот тотальный лузер посмел назвать себя ее парнем, я, сука, доходчиво ему объясню, что Тихая — моя.
Кажется, пора забирать свое, пока стервятники не налетели.
На этот раз мозг быстро сгенерировал новый пункт в основном плане. И сейчас мне понадобится тот самый торт, о котором недавно говорил Чехов.
Заехав в кондитерский магазин и купив сладкий десерт, на скорости преодолеваю несколько кварталов. И только около дома новенькой глушу мотор. Похер, как она к этому отнесется, похер, как воспримут мой визит ее родители, которые «будут не в восторге, если увидят нас вместе».
"Зажимаю пальцем дверной замок. Он мерзко трезвонит, играя на нервах. Сжимая в руках бечевку, постукиваю ногой и прислушиваюсь к шорохам. Но вместо этого слышу, как сердце херачит, как кровь бурлит и медленно трещит весь мой каркас. Сейчас я на грани мощнейшего взрыва. Когда злость и ревность идут внахлест, здравый смысл просто не решается с ними тягаться.
Женский голос.
— Добрый день, молодой человек, — меня встретила плотного телосложения женщина в черном платье и белоснежном фартуке. — Вы…
Откашлявшись, цепляю на морду улыбку.
— Добрый день! Меня зовут Савельев Мирон. Мы с Аней учимся в одном университете и у нас совместный проект. Очень важный. От него зависит экзамен по проектированию, — выпалив максимально информативную речь, чтобы не было лишних вопросов, протягиваю женщине торт. Говорю уверенно и убедительно.
— Проект, значит… В одном университете… Экзамен, — откашлявшись, женщина шире распахивает входную дверь. — Ну, проходите, Савельев Мирон.
Перешагнув порог дома, следую за «гостеприимной» хозяйкой, которая с видом матерого надзирателя следит за каждым моим движением. Теперь понятно, почему Аня такая зажатая и, уверен, имеет кучу комплексов.
— Анна Пална, к тебе пришли! — кричит женщина, даже не дойдя до комнаты.
— Кто? — тут же слышу сладкий голосочек и ловлю резкий приход эйфории, вызванный резким скачком эндорфина и окситоцина.
— Одногруппник. Говорит, у вас проект совместный.
Не дожидаясь приглашения, захожу в спальню. И, о боже… Моя Аня выглядит лучше любой красотки из Плейбоя! На ней обтягивающие трикотажные велосипедки и спортивный топ, которые подчеркивают охуенные формы новенькой.
Это подарок свыше? За все мои муки воздержания.
