Ведь посадят же?
Не замечаю, как дохожу до больницы. Совесть отравляет медленно отравляет мой мозг. Если еще и в больницу не схожу, вообще растворит меня.
В больнице меня высокомерно измеряют взглядом.
— Белова Татьяна Сергеевна в тяжелом состоянии. К ней никого не пускают. Да мы честно и не думали, что к ней кто- то придет.
Еще раз брезгливо мазнув по мне взглядом медсестра блондинка продолжает заполнять какие-то бумаги.
— Подскажите пожалуйста, нужны ли какие-то лекарства? Оплата за содержание?
Медсестра вновь поднимает на меня глаза.
— Ну вообще-то может пригодиться, если выживет. Вы ей кто?
— Я ее дочь. Точнее. Она лишена официально родительских прав. Но. Если что-то понадобиться позвоните пожалуйста мне.
Я протягиваю медсестре листок с номером телефона. Взгляд ее теплеет, в обращении ко мне уже чувствуется сочувствие.
Пулей вылетаю из больницы и вдыхаю теплый воздух апрельского вечера. Откуплюсь деньгами. Наскребу сколько смогу, но связываться с этим бандюгой больше не стану. Слишком большой риск.
Я ужасно злюсь на маму. Сначала злилась потому что она лишила меня нормального детства, потом, за то что она своими выходками превращает мою жизнь в ад!
Она не всегда пила. Более того, она на отлично закончила педагогическое училище.
Но один неверный шаг стоил ей всего. Карьеры и положения в обществе.
Когда маме было девятнадцать лет, она закончила училище и устроилась работать в школу учителем химии.
Там же и познакомилась с папой. Ему было всего шестнадцать лет. Он учился в выпускном классе. Запретные отношения, запретная связь после которой на свет появилась я. Когда об их романе узнали, маму беременную выставили из школы с волчьим билетом. Она родила меня и пошла на завод. Родители от нее отреклись! Такой позор на их голову принесла! Первое время она крепилась, а потом расклеилась. Стала себя жалеть и оплакивать свою прошлую жизнь. Она очень сожалела о своем поступке. Я думаю, что она была бы счастлива все исправить. А я всегда являлась ей воспоминанием о горькой ошибке, которую она совершила в молодости.
Поэтому, когда я забеременела Яной я запретила себе жалеть себя. Понимала, что я и только я могу позаботиться о дочке. Больше мне положиться было не на кого.
Подхожу к остановке и жду свой автобус. Сейчас главное, что бы меня не уволили. В голове вновь проносится мысль: «А может все-таки попробовать себя на должность помощницы»?
Загрузив себя тяжелыми мыслями не замечаю, как дохожу до дома.
