Какая жалость, что зеркало маленькое! Удалось разглядеть только широкие плечи, мускулистые руки и грудь, покрытую мелкими капельками воды. Не волосат - уже отлично.
Краснеть и смущаться я не собиралась, но играть в гляделки и дальше было бы совсем непристойно. Тут уж либо провокационно сбрасывать простыню, как в мелодрамах, либо сделать вид, что ничего не заметила.
Он твой наниматель. Ты здесь ненадолго. Веди себя прилично. Ты леди или где?
Несмотря на глас разума, доводы рассудка и остатки логики, пальцы аж чесались от желания отодвинуть ширму в сторону и самолично высушить те самые капельки. В прежнем мире я бы так и поступила, но в этом… не уверена, что мне нужны такие сложности. Если завтра мы наткнёмся на горящие в небе снежинки, я попытаюсь вернуться домой. Не хотелось бы оставлять здесь сердце. Поэтому держись, Надежда, и не поддавайся на удивительно мускулистое для задохлика-гения телосложение.
А к нему ведь еще и мозги прилагаются! Мечта…
Я потрясла головой, выбрасывая клубящийся дурман соблазна, и стащила с ложа шкуры. Далековато оно от источника тепла. Вот когда землянка прогреется, там будет уютно, а пока лучше устроиться перед самым огнём.
Пирожки, к моему величайшему изумлению, уцелели. Рюкзак, естественно, промок, хоть и был сделан из чего-то, отдаленно напоминающего брезент, зато промасленная бумага выполнила свою функцию. А я еще удивлялась, зачем Зилья завернула их в десять слоев…
Найдя под мойкой тарелку и ополоснув ее, я разложила нехитрое угощение, разбавила чай вновь закипевшей водой, а в кастрюлю на огне подлила свежей, чтобы не выкипела. Как раз и пригодилась. Привычные действия немного привели меня в чувство. И что я так распереживалась? Такое чувство, что ни мужика голого не видела, ни наедине с ним не оставалась. Не набросится же на меня Вихарт!
А жаль, кстати. Я бы не сопротивлялась.
В зеленой тоге в цветочек вылезший из-за ширмы мужчина выглядел просто сногсшибательно. Я так и покатилась по шкурам от хохота, путаясь в собственной простыне.
- Смейся-смейся. Я еще отомщу! - грозно пообещал тот, с трудом сдерживаясь, чтобы самому не заржать совершенно не по-джентльменски. Неловко присел, устраиваясь в меховом гнезде, которое я успела соорудить. Мебели в землянке было немного. Обеденный стол стоял у стены, далеко от огня, и сидеть за ним в тонкой ткани на голое тело - такое себе удовольствие. Зато в роскошных мехах, успевших прогреться от огня, было тепло и уютно.
