Сборник произведений Георгия Маркова, объединённых глубокой любовью к людям и сибирской земле. Рассказы и повести разных лет раскрывают душу простого человека, его связь с природой и историей родного края, показывают духовное богатство сибирского характера.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Старый тракт (сборник)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Сборник произведений Георгия Маркова, объединённых глубокой любовью к людям и сибирской земле. Рассказы и повести разных лет раскрывают душу простого человека, его связь с природой и историей родного края, показывают духовное богатство сибирского характера.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник произведений Георгия Маркова, объединённых глубокой любовью к людям и сибирской земле. Рассказы и повести разных лет раскрывают душу простого человека, его связь с природой и историей родного края, показывают духовное богатство сибирского характера.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В одну из таких морозных ночей на стройке произошла авария. На площадке у одной из домен, вероятно от мороза, лопнули металлические обручи, скреплявшие леса. Высокая башня из тяжелых бревен рухнула под собственной тяжестью, превращаясь в хаотическое нагромождение дерева и железа. На одном из этажей башни, в тепляке, сбитом из досок, для обогрева людей, происходило собрание комсомольского актива. Постников пришел сюда по поручению горкома. Тут и закончился его жизненный путь, вместе с ним погибли еще несколько человек.
Авария вызвала и скорбь, и негодование: мороз морозом, но безопасность человека в любых условиях должна быть всюду первой заповедью.
На строительство немедленно приехал Р.И. Эйхе. Расскажу о встрече с ним в необычных условиях.
Было около трех часов ночи. Шла работа ночных смен. Наша подшефная комсомольская домна росла буквально и вширь, и ввысь.
Целой группой — в нее входили работники горкома комсомола и нашей выездной редакции — мы поднимались на леса домны. Подъем был крутым, местами доски, разделенные брусьями на ступени, обледенели и, чтобы продвинуться вперед, приходилось цепляться за ограждения из проволоки и легких тесин. На одной из самых верхних площадок, в сумраке, перемешанном со снегам, мы увидели людей. Их было пять-шесть человек. Возле них стояли двое военных с фонарями, свет которых пересекался с лучами прожекторов, поднятых на вершины столбов, и был мало заметен. Наше приближение вызвало у военных беспокойство, они замахали руками, пытаясь задержать нас, но стоять на стропилах было и неудобно и опасно, и вопреки их запрету мы все-таки вышли на площадку.
Троих из этой группы людей я сейчас же узнал. Это были Эйхе, начальник строительства Франкфурт, секретарь горкома партии Хитаров. Они уже окончили осмотр домны и подходили к спуску.
Эйхе был в своем неизменном черном полушубке, в серой папахе, в валенках с загнутыми голенищами.
— А ты зачем тут? — вдруг узнав меня, спросил Эйхе.
— Это домна подшефная комсомолу, Роберт Индрикович, — ответил я.
— Да, да! — воскликнул Эйхе и, сделав шаг-два, обернулся. — Люди гибнут! Учите молодежь безопасности!
Мы поняли, что имел в виду Эйхе, и отозвались хором:
— Будем! Обязательно будем!
Эта встреча глубокой вьюжной ночью на лесах будущей домны запала нам в душу. Мы знали, конечно, по другим фактам, сколь деятельно вникает руководитель краевой партийной организации Западной Сибири во все дела по созданию Урало-Кузнецкого промышленного комплекса, но все-таки встретить его здесь никак не предполагали.
Эйхе не было еще и пятидесяти лет, но его биография большевика-подпольщика, сосланного в Сибирь еще задолго до революции, высокий пост, который он занимал уже не первый год, создавали вокруг его имени некий ореол.
