Стидесяти трех лет со дня рождения отсутствовал только четыре года. Война с фашизмом - время страха и драмы. Многие люди тогда исчезали навсегда, а Иван Егорыч вернулся цел и невредим — удивительный случай в толпе погибших. В этих страницах расскажут о его приключениях и открытиях, созданных из воспоминаний человека, который пережил нечто особенное....
Всю зиму занимался Нестеров поисками сведений об экспедиции Тульчевского, но пока безрезультатно. Отрывался на короткое время — проведал Меланью Антоновну, ходил в военкомат, на продпункт и за пенсионными деньгами, и один день провел на собрании партактива. Пригласил райком. Велась речь о подготовке к весенне-полевой кампании.
Он так был захвачен своей работой, что и тут, вне дома, продолжал раздумывать: где же искать еще? Первый ящик уже был разобран, и во втором оставалась непросмотренной небольшая связка бумаг.
Нестеров зачастил к Меланье Антоновне с одной и той же просьбой: поискать, нет ли в доме других бумаг Степана, не завалялись ли случаем где-нибудь в неожиданном месте?
Однажды Меланья Антоновна подала ему стопку ученических тетрадей, перевязанных шпагатом, которую она нашла в столе у Лиды. Нестеров принял стопку, чувствуя, что пальцы его дрожат, и заспешил домой. Интуитивно он поверил в удачу — и не ошибся. Среди тетрадей с ученическими сочинениями на тему «Наш край», которые, видимо, поэтому Степан и счел возможным объединить и сберечь, лежала точно такая же тетрадка, на обложке которой его рукой было написано: «Экспедиция Тульчевского».
Нестеров присел поближе к окну. Снежная пороша, заполонившая приреченские просторы, пригасила свет дня, обласкавшего с утра землю лучами солнца.
Заныло от худых предчувствий сердце Нестерова: из всей тетради лишь на первых двух страничках записи химическим карандашом.
Затаив дыхание, Нестеров принялся читать:
«В 1913 году в наши пределы прибыла экспедиция инженера Тульчевского (по некоторым данным, имя: Стефан). Она была хорошо оснащена, о чем говорит такой факт: инструмент располагался на пяти телегах. В составе экспедиции были два техника (кроме самого инженера), семь рабочих с поисковым опытом.
Телеги и кони как будто были казенными.
Экспедиция продвинулась к заимке Савкина, тут погрузилась на плот и сплавилась (без коней и телег) к Песчаной Гриве.
Здесь, на берегах реки и несколько глубже в тайгу, а именно у Прорвинского озера, она произвела пробы.
Результаты проб оказались высокими: золотой песок и мелкие самородки.
