Автор
Четыре года назад... Глеб ставит на стол чашку кофе. Сегодня третья. Он решил не соблюдать рекомендации — глаза уже слипаются. Вчера вечером мы прилетели из Испании: Рита поехала отдохнуть, а он остался работать. Глеб чувствует себя независимым вдали от дома и семьи.
Мы выехали на дорогу, которая вела до входа в Заповедник. По одну сторону был обрыв, по другую то и дело ездили машины. Проехав несколько сотен метров, я поняла, что мне страшно. Велосипед достаточно тяжелый для меня, и управлять им тяжело. Я боюсь не справиться и улететь либо с обрыва, либо под машину.
Глеб едет позади меня, что-то говорит и подгоняет. Я лишь сосредоточенно смотрю вперед, часто останавливаюсь и перевожу дыхание, когда понимаю, что страх усиливается."
"– Ты чего? – на одной из таких остановок, Глеб уже немного взвинченный подошел.
– Мне страшно. Кажется, что я куда-нибудь упаду.
– Мила, смотри, тут даже бабульки едут на велосипедах и обгоняют нас.
– Ну и что! Мне страшно. Он тяжелый. И это не тот, на котором я каталась. Это, черт, неуправляемый монстр какой-то.
– Ты преувеличиваешь. Просто крутишь педали и держишь руль прямо.
– Это тебе легко говорить, потому что у тебя получается, а у меня нет. Я смотрю туда, – показываю на обрыв, что открылся между деревьев. Там высоко. Неверное движение, и полетишь вниз, как птица, – и вижу как скатываюсь по крутому склону.
Обида снова царит в душе, уже никак ее не заглушить. Даже райский остров теперь не кажется таким уж райским. И велосипед этот ужасный, и остров самый обычный.
– Тогда соберись, Мила! Иначе мы весь день будем добираться.
Силюсь мыслить логично и показать ему, что мне страшно.
– Ты сейчас говоришь о том, чтобы я отказалась от того, что чувствую, Глеб. Будто этого чувства нет. Но так не бывает. Мне страшно. Я это признаю. Я. Так. Чувствую. А ты… как всегда. Для тебя чувства других ничего не значат. Знаешь что, Навицкий, езжай ты сам на своем велосипеде в этот дурацкий заповедник, дыши там хвойным лечебным воздухом, плавай в этих озерах.
– Стой!
Убыстряю ход. Слезы начинают душить. Это обида. Мистер М не говорил, что когда принимаешь свои чувства и говоришь о них, бывает плохо. Осознаю и понимаю это только сейчас. Мало принять их самому, хочется, чтобы еще и поняли тебя. Приняли со всеми твоими страхами, претензиями.
