Автор
Четыре года назад... Глеб ставит на стол чашку кофе. Сегодня третья. Он решил не соблюдать рекомендации — глаза уже слипаются. Вчера вечером мы прилетели из Испании: Рита поехала отдохнуть, а он остался работать. Глеб чувствует себя независимым вдали от дома и семьи.
Глажу по голове, целую небритые щеки, щетина колется и, возможно, царапает. Мой, неидеальный и ранимый. Так хочется взять себе все его переживания, освободить его от этих мучений. Я ведь вижу, как ему тяжело, и как он силится не показывать свои эмоции. Глупый, я ведь никогда и ни за что не обижу его. Я правда хочу быть рядом с ним. Неужели моих слов о любви ему недостаточно?
– Ты не участвуешь больше в гонках?
– Нет.
– Ты боишься скорости? – спрашиваю тихо, не хочу спугнуть.
– Нет.
– Тогда, ты перестал их любить? Потому что они забрали у тебя друга?"
"– Нет, – Глеб грустно хмыкнул и подарил скромную улыбку.
– Тогда почему, Глеб? Почему ты не можешь сесть за руль машины и участвовать в гонках?
– Мила, – прошипел он. Это его боль, больная точка, рана, на которую я нажала, разворошила, посыпала солью.
– Глеб. У нас правила, – решаю я идти до конца. Мне нужен его ответ, – Почему ты избегаешь этой темы? Почему ты избегаешь гонок? Правда или действие?
Глеб всматривается в меня, не веря, что я решилась на такой шаг.
– Действие, Мила.
Глеб пытается отпихнуть меня, чтобы снова скрыться от меня за очередной чашкой кофе или просто отойти на расстояние, что и так скоро нас разделит.
Не даю, удерживаю всеми возможными силами. Просто повисла на нем.
– Пусти!
– Нет. Не пущу.
– Мила!
– Ты сейчас снова уйдешь, останешься один и будешь переживать в одиночестве. Глеб, это была наша ошибка. Мы решили, что сильные и справимся сами. Но это не так. Человек нуждается в другом человеке. Нам всегда нужны поддержка, понимание и тепло. И пока мы это с тобой не поймем, ничего не изменится. И мы с тобой не изменимся. Даже нет смысла что-то менять в наших жизнях, – говорю на одном дыхании.
Он опять молчит. Молчание давит. И мне больно.
– Глеб? – умоляю.
– Ты бы осталась?
– Да. Я бы осталась, Глеб.
Он обнимает меня, и я кладу голову ему на грудь, чтобы слушать стук его сердца.
