Автор
Четыре года назад... Глеб ставит на стол чашку кофе. Сегодня третья. Он решил не соблюдать рекомендации — глаза уже слипаются. Вчера вечером мы прилетели из Испании: Рита поехала отдохнуть, а он остался работать. Глеб чувствует себя независимым вдали от дома и семьи.
Я очень испугалась. Твои черные глаза. Казалось, что ты не контролируешь себя. Заглатываешь всю меня, без остатка.
– Это ты прости. Я не знаю, что на меня нашло.
Выхожу из ванной и скрываюсь в гардеробной. Еще секунда, и правда могу не сдержаться. Перед глазами то зеркало, что осталось в той квартире. Говорят, все зеркала хранят образы тех, кто в них когда-то смотрелся. Может, мне удастся увидеть ее там? Какая она была?
Я хочу свои ответы на все вопросы. Чтобы не осталось ни одной закрытой страницы. Прочитать все и выкинуть к чертовой матери.
Почему-то одежду выбираю тщательно. Чтобы цвета соответствовали друг другу. Я ведь не могу заявиться во всем черном, хотя мысль была. Перебираю вешалки, словно на свидание собираюсь. Рита уже стоит рядом, облокотилась о дверной косяк. Выглядит смущенной. Или расстроенной.
– Рита, точно все хорошо?
– Да, я в порядке, – снова улыбка. Она в своей роли примерной и радушной женщины.
Выбираю обычные светлые джинсы и белую рубашку. Сам ухмыляюсь себе.
– Может, отметим?
– Что? Мой развод?
– Да. Чем не повод? – заигрывает, словно не было тех сцен в ванной.
– Не знаю. Мне вечером нужно к Лиле, – останавливаюсь у столика с туалетной водой. Снова выбираю. Любимый сандал с мятой или черная смородина?
– Когда ты прекратишь это? – теперь чувствую ее раздражение. Оно никогда не перерастало в нечто большее. Потому что Рита прекрасно осознавала, чем все может закончится. Игра, ее игра, будет проиграна.
– Что это?
– Лиля твоя, чувство вины твое, долги, не твои, – она начинает перечислять и загибать пальцы. Смотрю на них и хочется сжать и руку завести ей за спину. Будь мы в ванной, так бы и сделал. А потом трахнул. Только Рита потом не простит. Слишком она нежная для этого.
– Все сказала?
Она подходит теперь ближе, утыкается носом в мою грудь и делает шумный вдох.
– Хм… сандал. Он такой тяжелый, – голос тихий, она боится меня обидеть.
– Почему ты никогда не даешь отпор? Будто всегда готова к поражению.
– Потому что я не хочу с тобой сражаться. Это глупо. А ты все сравниваешь?
– О чем ты? – теперь глупым выглядит этот вопрос. Мы все поняли, оба.
– Ты сравниваешь меня и Апраксину, – Рита никогда не звала ее по имени. И отчего-то я перехватил ее привычку.
– Глупости не говори.
Рита начинает беситься. Первый раз, наверное, за все время."
"– Глупости? – зеленые глаза вспыхивают. Мечут искры, которые я так хотел увидеть в отражении.
