Ярмарка Перекрестка лишь предвестник того кошмара, который ждет меня вновь, когда я снова оказываюсь в Академии Теней. Здесь каждый день становится опаснее: яростные шторма, непреодолимые стены, и всегда кто-то хочет мной воспользоваться. Но как ни страшно, я остаюсь стажеркой - беззащитной жертвой или верным другом?...
Кровь пропитала повязку и капала прямо на алтарь, текла по тонким желобкам.
Моя сестра. Вот как… Сестра, которую я только что обрела и очень скоро потеряю. Она была моей ровесницей, когда все случилось. Одинокой девочкой, которая нуждалась в любви и понимании. Когда Аид узнал правду обо мне, он не укорил меня даже словом. «Ты не тот человек, которого я должен ненавидеть…» – так он сказал и снял с моих плеч огромную ношу.
– Ты не тот человек, которого я должна ненавидеть… – прошептала я.
А потом обняла дрожащую, ослабевшую Лу.
"– Мне жаль, что я так поздно тебя узнала…
И вдруг в мою память хлынул свет! Такой яркий, что я даже зажмурилась. Я вспомнила все-все! И расплакалась.
– Что же ты не рассказала все до конца! – воскликнула я. – Почему промолчала!
– Я… не думаю, что заслужила прощение…
– Аид, Ден, слушайте, что было дальше!
* * *Мама укрыла меня в расщелине высохшего дерева и приказала сидеть тихо, как мышка.
– Я тоже спрячусь, Тэм. Все будет хорошо.
Не знаю, сколько времени я провела в тесном убежище, согнувшись в три погибели. Ноги затекли, шея болела. Я плакала, но боялась вытирать слезы. Боялась лишний раз пошевелиться. А потом услышала девичий приглушенный шепот:
– Тэмми, Тэмми, Темира Морея…
По лесу кралась рыжая девчонка из зеркала. Оглядывалась и вздрагивала от каждого шороха.
– Пожалуйста, Темира, если ты здесь, откликнись, – жалобно сказала она. – Я пришла, чтобы отвести тебя домой.
Я не знала, можно ли верить обманщице, которая заманила нас в Цестер, но все же осторожно выглянула.
– Ты! – прошипела я угрожающе.
– Прошу, выходи. Я спасу тебя. И твою маму. Я не хотела. Правда…
Мы долго-долго бегали по лесу, шептали имя мамы, выискивали следы, любые признаки того, что мама где-то рядом, но все было напрасно.
– Ненавижу, – только это слово я повторяла все время. – Ненавижу, ненавижу тебя!
А Лаура плакала и согласно кивала.
На голове у чудовища были костяные наросты, она раззявила рот, полный треугольных зубов. По сравнению с другими тварями Цестера эта была невелика, по пояс человеку, но на двух девчонок хватило бы с лихвой и этой «малютки».
– Не бойся, – сказала Лаура. – Я будущий ловчий. Я буду с ней сражаться своей аурой.
