Автор
Узкого кабинета, я ощущал себя незнакомкой в этой интригующей и загадочной Северной Академии. В каждом улыбке ректора, каждой словесной цитате классиков чувствовалась тайна и мощь знаний, которые я сюда приехала узнать.
Господин следователь открыл противоположную той, через которую мы вошли, дверь и громко произнес:
– Заводите!
От его голоса я вздрогнула, но постаралась взять себя в руки. Кем бы ни был этот Крислоу, ни к чему показывать ему мой страх и мои переживания."
"Но как только мужчину ввели в комнату, я поняла, почему так странно воспринял его Хайд. Определенно, с Крислоу что-то было не так, и дело не в ауре, что принадлежала давно умершему человеку и имела хоть и вполне опрятный вид, без серых пятен и дыр, отличалась от той, которая была привычной для целителя.
А еще цвет глаз... И сам взгляд...
Мужчина опустился на стул, Лестер коротким движением кивнул мне, и я тоже села, а вот сам следователь остался стоять. Он будто пытался предугадать дальнейшее развитие событий. Держался настороже, явно не ожидая от Крислоу ничего хорошего.
Я не знала, кто из нас должен первым начать разговор, а потому лишь молчала и сильнее сжимала в руках подол платья.
Что-то не так, что-то неправильно, и осознание этого давило со всех сторон.
– Ну что же, господин Крислоу, – начал Хайд вполне уверенно. И не скажешь, что он волновался не меньше моего. Впрочем, с последним утверждением я вполне могла ошибиться, может и не нервничал Лестер вовсе, а лишь делал вид.
– Не хотите объясниться с госпожой Лоусон и извиниться за нападение?
Стоило следователю закончить фразу, как сидящий напротив мужчина впился в меня взглядом, от которого захотелось если не скатиться под стол, то закрыться руками – точно.
– Я? – в голосе, до боли знакомом голосе, прозвучало наигранное удивление. – Конечно, – продолжил он, и по его губам зазмеилась улыбка: – Дорогая Аделия, я так виноват перед вами, так виноват...
Фальшивая слеза скатилась по щеке, а я, не глядя на Лестера, спросила:
– Вы сейчас просите прощение за украденную работу, или за нападение? Или, может быть, за смерть Мики?
Хайд подорвался с места и встал рядом с Крислоу, точнее с профессором Шинару, на котором была невероятно качественная иллюзия, или же не совсем она.
– Узнала, значит? – даже не стал отпираться мужчина, лишь вольготнее устроился на стуле, вытянув длинные ноги.
– Я каждый день, на протяжении семи лет слышала вас голос, – последовала его примеру и устроилась удобнее, хотя почему-то никакого удовольствия от этого не почувствовала. Острая спинка стула впилась в плечи, а ноги так и норовили разъехаться в разные стороны.
