София шаркала по мокрой траве, ее взгляд скользил по заснеженной лунной поверхности, которая бесконечно вела в бездонную тьму ночи. Ей казалось, что она и все друзья из Lost Cities пришли сюда на один и тот же счет — найти то, что должно быть.
Однажды он сказал ей, что все свои важные воспоминания заносит в серебряный дневник, а все счастливые — в коричневый. Был также золотой дневник, который он не объяснил. Но его зеленый дневник был для…
Точная фраза, которую он использовал, была «тяжелая штука».
Так почему же первый урок Когнатов был именно там?
Софи уже собиралась спросить, когда мозг напомнил ей, что Ро произнесла это так, будто Кифу она какое-то время нравилась.
А Фитц был лучшим другом Кифа.
И ее влюбленность в Фитца была довольно болезненно очевидна.
И обучение Когнатов значительно сблизило их друг с другом.
— Ты в порядке, Фостер? — спросил Киф. — Это было просто, эм…
— Фитцфи, — сказала она.
Он был тем, кто первым начал называть их так.
Она думала, что он просто подкалывает, потому что обучение Когнатов заставляло их делиться всеми своими секретами. Но, возможно, именно так он пытался приучить себя думать о них, держать свои собственные чувства в узде.
Или, может быть, она придавала этому слишком большое значение.
В любом случае, она, казалось, не могла удержаться от того, чтобы не выпалить:
— Ты же знаешь, что мы расстались, верно?
Киф моргнул.
— Эм. Да. Я кое-что помню об этом…
Казалось, он ждал, что она добавит к своей маленькой неожиданной смене темы.
Но, к сожалению, все, что у нее было:
— Да… хорошо… мы это сделали.
Он кашлянул.
— Мне жаль. Уверен, что это было тяжело, но не волнуйся, Фостер. Как только у тебя не будет так много людей, которые все время пытаются тебя убить, ты почувствуешь себя более готовой к свиданиям, и тогда вы двое вернетесь ко всем этим краснениям, и держаниям за руки, и…
— Нет, не думаю, что вернемся, — вмешалась она, прекрасно понимая, что с каждой секундой делает разговор все хуже.
— Да? Трудно сказать, так как я еще по-настоящему не пробовал все эти отношения.
— Да, почему? — спросила Софи, надеясь, что он поймет, что она только что пинком широко распахнула перед ним дверь.
Это был идеальный момент, чтобы сказать ей: «Я ждал тебя».
Она даже приняла бы, если бы «я ждал подходящего момента».
