София шаркала по мокрой траве, ее взгляд скользил по заснеженной лунной поверхности, которая бесконечно вела в бездонную тьму ночи. Ей казалось, что она и все друзья из Lost Cities пришли сюда на один и тот же счет — найти то, что должно быть.
Софи позволила им раствориться в мягком цвете, и голубые завитки раздвинулись, как занавес, открывая рыжеволосую фигуру в длинном фиолетовом платье, парящую перед ними.
Сира.
Она не улыбнулась.
Вообще не узнала их.
И в ее образе было что-то мерцающее.
«Думаю, это воспоминание», — сказала Софи Фитцу. «Это напоминает мне о голограммах, которые я видела в тайниках».
«Интересно, кто помог ей спрятать это здесь», сказал Фитц.
Без понятия.
Но в данный момент это не имело значения.
Им нужно было услышать послание Сиры.
«Я не знаю, кто это смотрит», — сказала она, ее фиалковые глаза смотрели куда-то вдаль. «Но, надеюсь, это кто-то на нашей стороне. Иначе я возненавижу себя за то, что оставила это. Я и не собиралась этого делать. Я не хочу, чтобы мой сын был в этом замешан. Но… есть шанс, что я, возможно, просчиталась. Слишком хорошо все спрятала. Или, может быть, никто не поверит, что я сопротивлялась, как могла. Или, возможно, я прямо сейчас мертва, и мой сын один, нуждается в помощи, пытается понять, как я могла оставить его, когда я — все, что у него есть.
Она полезла в карман и вытащила сложенный листок бумаги… подробный набросок маленькой расчески для волос с металлическими завитками, переплетающимися вокруг пяти круглых драгоценных камней в замысловатом узоре.
"«Этот дизайн единственный в своем роде. Ты узнаешь его, если он у тебя. И если ты это сделаешь, надеюсь, ты будешь знать, что с этим делать. Может быть, ты сможешь покончить с этим, раз уж я явно не смогла». Затем ее взгляд переместился, казалось, сфокусировавшись, когда она добавила: «И, Уайли, если ты смотришь, мне так жаль, что я не нашла лучшего выхода из этой передряги.
«Это все?» — спросил Фитц, когда Сира замолчала.
«Думаю, да», — сказала ему Софи. Но они подождали несколько минут, просто чтобы убедиться.
«Твоя фотографическая память все это запомнила, верно?» — спросил Фитц.
