БТР, на котором он воевал до этой поры, стал командирским, а расчет пулемета составили Семченков и Жолудев.
Вот сейчас Алексей уже при свете проснувшегося солнца и рассматривал будущее поле боя. Рота занимала позицию северо-восточней деревни Саушкино. Бывшей деревни – так как именно ее избы теперь были дзотами и блиндажами батальона. Так же, как и бывшая деревня Самодурово, левее ротного опорника, и Данино, располагавшаяся справа и немного в тылу. Данино, кстати, вполне могла бы называться селом, но церковь в ней отсутствовала, поэтому была просто большой деревней в сто двадцать дворов. А сейчас на месте этих деревень сиротливо торчали печные трубы. Перед позицией, в километре восточнее, откуда и ожидался враг, чернела опушка леса. Позади опорного пункта находился достаточно глубокий и узкий овраг, выходящий к околице деревни Самодурово, где занимала оборону другая рота батальона. Овраг был идеальным местом для расположения тылов роты, и туда уходили ходы сообщения из траншей. Алексея отвлек звенящий звук авиамоторов в небе. Последние дни, кроме самолетов 43-й дивизии, в небе появились и немецкие истребители и бомбардировщики. Действовали они четверками и парами и особой угрозы для советской пехоты не представляли. ПВО дивизии было слишком мощным для таких сил люфтваффе. Но вот нашим летчикам они явно мешали. И сейчас в небе Трофимов наблюдал завязку воздушного боя, когда к идущим в высоте трем четверкам двухмоторных бомбардировщиков, охраняемым восьмеркой истребителей, пытались прорваться с разных направлений две четверки «мессершмиттов».
– Ну, здравствуй, Алексей Федорович! Рассказывай, какие ты тут подвиги совершил за время моего отсутствия?
Трофимов обернулся. Позади него в траншее стоял комиссар Зириков.
– Здравствуй, Михаил Андреевич! – ответил по-простому Алексей и протянул тому руку. – А ты как тут?
– Как там в вашем культовом фильме? Стреляли!
– В штабе дивизии ходит слух, что в рядах нашей прославленной дивизии растет Наполеон. Ну, Гинденбург на крайний случай. Вот решил примазаться к славе будущего полководца. Прямо с самых истоков!
– Ладно! Извини! Это, наверно, что-то нервное. Не спал уже двое суток. Просто и на вашем участке стало жарко. Вот решил посетить полк. А там узнал, что ты ротой командуешь. Причем ни в полку, ни в батальоне претензий к тебе как ротному нет. Поэтому решил вот посетить передний край на участке твоей роты.
– Насчет поспать – доведут мою землянку до минимально приемлемых условий – ложись.
– А сам как? Слышал, ночью рубеж меняли.
– Ничего! Успею пару часов перехватить. Саперы здесь почти линию Мажино устроили. Так что неожиданностей не жду.
– Понял! Воспользуюсь приглашением.
В этот момент появился боец, доложивший, что в землянке все готово.