Два первых точно были покойниками, а о третьем не слуху ни духу. Владлен исчез, новых книг он не издавал, со стихами не выступал, и Ремизов, памятуя о колодце с кипятком, записал поэта в мертвые.
Года три тому назад издательство, с которым Ремизов связан контрактом, уговорило его принять участие в Московской книжной выставке-ярмарке. В качестве главной звезды туда был приглашен писатель из Франции, чьи книги на русский язык переводил Ремизов. Издательским работникам понравилась идея посадить на одном стенде прозаика и толмача.
Олег не возражал. Поговорив с читателями, он решил воспользоваться предоставившейся возможностью и покатил по павильону, рассматривая новинки, которые привезли сюда издатели со всех концов России и многих стран мира.
Внезапно его внимание привлекла группа людей не первой молодости. В центре, на небольшом подиуме, сидел пожилой человек, одетый, несмотря на возраст, в яркую рубашку и невообразимую жилетку. Покачиваясь из стороны в сторону, он читал стихи. Строфы показались Ремизову знакомыми, он присмотрелся повнимательней и ахнул. Владлен Богоявленский!
Пока Ремизов приходил в себя, поэт начал отвечать на вопросы слушателей.
– Я помню вас по шестидесятым годам, – выкрикнула из толпы одна из женщин, – потом вы куда-то пропали. Где были?
Богоявленский кивнул.
– Верно. Видите ли, всю жизнь я активно боролся с коммунизмом. Участвовал в демонстрациях и акциях, в частности, сидел на Красной площади, протестуя против ввода советских войск в Чехословакию.
Ремизов постарался не рассмеяться. Однако Владлен врун, или он полагает, что все свидетели тех далеких лет умерли? Богоявленского тогда и близко около Кремля не было.
– Ну а потом, – спокойно вещал Владлен, – я принял решение: не хочу участвовать в торжестве коммунизма, но и Родину, как некоторые, бросить не смог. Вот и ушел на дно, мой протест с тех пор стал молчаливым, книги издавать не хотел, голодал, но принципами не поступился, писал в стол. Сейчас, когда в нашей стране произошли изменения, я счел возможным представить на ваш суд свои работы, стихи человека, который никогда не продавался, не кривил душой и не ел из рук правителей.
Толпа взорвалась аплодисментами. Раскрасневшийся Владлен начал снова завывать ямбом.
Олегу стало противно, он отлично знал по прежним годам Богоявленского и понимал, что тот сейчас ломает комедию. Не продавался! Ой, мама родная! А как же поэма о детстве Ленина?
«Белокурый мальчик не знает, что страну его ожидает, мальчик пока не вырос, а народ столько вынес…» Ну и так далее. Поэмка была создана Владленом в рекордные сроки, ко дню рождения вождя. Но, что более важно, в журнале ее напечатали накануне распределения квартир в новом писательском кооперативе.