Мне тяжело дышать от волнения: каждый шаг возвращения домой кажется знаком приближающейся смерти бабушки. Каждую ночь я мечтала о том, как буду жить без нее и что делать дальше. Пока сердце сопротивляется мысли о том, что однажды вернусь в мир без этого оттенка неба — своего светлого, теплого солнечного дня....
Мало ли, что задумала мама, скоро подъедет Макс» - успокаивала себя.
- Пройдемте на кухню, что мы в дверях стоим? – мама включила обаяние на всю мощь.
Я даже не знала, что она может быть такой… радушной, что ли.
- Раздевайтесь, проходите, обувь можно не снимать. Саша тут не досмотрела, квартиру затопила.
Отчим укоризненно посмотрел на меня, помотав головой, а «жених» улыбнулся. Так противно улыбнулся, фу!
Взгляд парня не нравился: он смотрел так, словно облизывался на меня.
На маленькой кухоньке места не хватало, и я осталась стоять в дверях.
- Гостей мы не ждали. Все так спонтанно получилось. Но это и к лучшему, - улыбнулась мама Вове одними губами.
«Так я и поверила в эту спонтанность»
- У Саши тут и угостить вас нечем. Отметить бы знакомство, как следует.
- Выпить по рюмашке, - поддержал отчим маму и получил злой взгляд, под которым сразу же осел.
- Виктор, может, мы с тобой в магазин быстро сбегаем, а молодежь пусть познакомится поближе? А то смущаются при нас общаться, - выдвинула мама очередную бредовую идею, а отчим согласно кивнул, поднимаясь на ноги.
- Нет! – слишком громко вскрикнула я. - Вы оставайтесь, я сама в магазин сбегаю, – уже немного тише добавила.
Мама меня пригвоздила злым взглядом и улыбнулась Вове.
- Нет-нет, мы сами, - ласковость в ее словах была наигранной.
На всякий случай проверяю в кармане телефон, хотя знаю, что он никуда не мог деться. Оставаться с этим наедине, пусть и на короткое время, желания нет.
Когда пропускаю маму с отчимом, отхожу от проема двери и больше не приближаюсь к кухне.
- Ну, рассказывай, как докатилась до жизни такой? - как только за родичами закрывается дверь, спрашивает он.
Парень так и сидит на стуле, а я стою в коридоре, подпираю стену.
- Что? – возмущенно спрашиваю, не понимая его вопроса.
- Да мне тут Виктор признался, что мамаша твоя хочет мне впарить несвежий товар, - гаденько усмехается он.
А я чувствую, как от омерзения тошнотворный ком подкатывает к горлу, а кровь от злости стучит в висках. Понимаю, что лучше не провоцировать его на агрессию, но как же хочется высказать все, что сейчас на душе!
- Я не понимаю, о чем ты? - стараюсь, чтобы голос звучал ровно. Догадаться несложно, о чем он говорит, от этого еще противнее. – Извини, я пойду заниматься.
