Автор
Осень медленно наступает, освещая августовские дни яркой, но все более тихой краской. В темные часы ночи под городским парком Горького искреннее молчание становится ветерком прохлады, где каждое звукоизменение привлекает внимание. Здесь можно укрыться от мира, наблюдая за луной, пробивающейся сквозь листву, или просто глядя на бесконечную водную даль....
Мне не нравилось, что Ева спряталась. Стоило увидеть темные ореолы сосков, мой приятель вновь ожил.
Сняв с бедер полотенце, я бросил его на пол. Опустился на кровать, подхватил мелкую и усадил ее на себя сверху. Она открыто улыбнулась и обняла меня. Неужели думала, что я ее домой отправлю? Девочка просто не представляет, как я ее хочу! Не желал себе признаваться, но мне льстила мысль, что я буду у нее первым.
Накрыв ее губы своими, я не просто принялся целовать девушку, но и вновь разжигать желание. Еве нужно было дать время, даже если это меня убьет.
"Ее пухлая нижняя губа — мой фетиш. Такая сладкая и сочная! Завтра точно посинеет, если не сбавлю обороты. Проникнув языком за край ровным аккуратных зубов, принялся бессовестно пользоваться доверчивым гостеприимством.
Ева в своей неопытности и открытости принялась елозить попой на бедрах. Инстинкт требовал сунуть ей по самые яйца, но отпустив себе мысленно затрещину, перевернул ее на спину, опустился сверху удерживая вес тела на логтях. Так мне легче контролировать своего зверя!
Облазав, искусав ее грудь, спустился к животу, прошелся языком по нежной коже, оставляя влажные следы.
Разведя максимально широко в сторону стройные ноги, я опустил между ними лицо. Красивая киска, чистая под ноль, как я люблю… и девственная.
Тронув кончиком языка чувственную точку, я заметил, как по ее телу прошлась мелкая дрожь. Ощутив ее вкус у себя на языке, не сдержал стона.
— Пожалуйста, — взмолилась она.
Мелкая не понимает, о чем просит. Она еще не готова меня принять. Проникнув одним пальцем во влагалище, аккуратно старался растянуть стенки. Она слишком узкая!
— Игнат! — прокричала Ева. — Я… Мне слишком хорошо!
«А мне не очень! Яйца сейчас расколются!»
Появилась мысль позволить ей дойти до финала, но я хотел, чтобы ее тугие стенки сжимали мой член, когда она будет кончать! Перестав ласкать ее языком, я очень аккуратно ввел второй палец.
Ева сначала напряглась, но почти тут же закрыла глаза и выгнулась над постелью. Большим пальцем, стимулируя клитор, поднялся над ней, опустился на колени. Напряженная головка члена уперлась в нежные складки.
— Ева, если будет очень больно, предупреди! — вытаскивая из нее пальцы, произнес я.
