В мрачном офисном пространстве стоило только выключить дворники, как всплыла на поверхность обыденная суета и раздражение. Четверо из сои неискусственных помощников уже давно переклинивали улицу, а за окнами клубился мистический туман, напоминающий о другом мире, далеком от этого белого скопления машин и телефонных звонков....
"
"— Угу. — племяшка опустила голову мне на колени и принялась перебирать маленькими пальчиками жемчужины и стразы на платье.
В понедельник его нужно вернуть. Лена настаивала, чтобы мы купили самое шикарное платье, как просил Роман, но я категорически отказалась тратить баснословную сумму денег на наряд, который больше ни разу никуда не надену. Мы взяли самое дорогое, но напрокат.
— Катя, а зачем целоваться, если горько? — негромко спросила Лиза.
Притвориться, что не слышала? Вот бы сейчас Алмазов пришел на помощь, но он, как и я, делал вид, что оглох.
— Я не люблю горькое, — продолжала малышка. — Катя, ты поэтому съела все мое мороженое, чтобы тебе рот не жгло?
«Мороженое я съела, чтобы тебе меньше досталось, а еще надеялась немного протрезветь и не реагировать так на поцелуи Ромы». - подумала я, а сказала совсем другое:
— Да, малышка. Спасибо тебе, что заказывала так много сладостей, без них я бы все это не выдержала, — специально для Алмазова громко произнесла я.
— А Рома не ел мороженое. Он, наверное, перченое любит, — озвучила свои выводы Лиза.
— Та права, принцесса, — развернулся он опять к нам. — Я очень… очень люблю перченое, — смотрел он мне прямо в глаза, а я чувствовала, как начинает пылать мое тело. — Для меня такая горечь слаще меда.
«Вот же гад! Специально меня смущает!»
— Ел бы, не останавливаясь, — подмигнул он мне. Хорошо, что Лиза уже уснула и не слышала его заявлений, а то бы на нас обрушился новый поток вопросов.
Таксист оказался намного проницательнее шестилетнего ребенка, я заметила, как он довольно ухмыляется в свои пышные усы.
— Она уже спит, — проворчала я, недовольно косясь на водителя.
Рома намек понял и замолчал, отвернувшись вперед, а мое тело все не желало остывать.
Выйдя из автомобиля, поняла, как устала за эти дни. Ноги не слушались, я буквально заставляла себя идти.
«Вот бы снять туфли и пойти босиком!» — подумала я и продолжила шагать в обуви.
В нашем дворе ночью опасно и в обуви гулять, не то что босиком. Напиваясь, малолетки вечно бьют стеклянные бутылки из-под пива.
Рома шел сзади, нес на руках спящую Лизу и перекинутую через плечо спортивную сумку со своей одеждой. Мне доверили нести рюкзак племяшки.
Я чувствовала на себе его взгляд… Такое ощущение, будто кто-то горячей ладонью проводит по моей спине.
