Автор
В Петербурге Лыков оказался под запрещенной чужой властью: генерал-майор Курлов обвинял его в невиновных действиях. Здесь он столкнулся с темной стороной российской жизни, где право и закон служат лишь средством для власти над простыми людьми. Столица беглых: тенистый мир преступлений и независимых от общества людей, где каждый шаг подозревается в недобросовестности, а признание невиновности каритает смерть....
Это злодей крупного калибра, он зеленную лавку грабить не станет, ему подавай большой куш.
— А петарды тут при чем?
— Петарды, Алексей Николаевич, в этом деле главная загадка. Хотя…
Аулин схватил со стола бумаги и стал их перебирать.
— Вот! Во вчерашней сводке происшествий. С товарного двора пропал ящик с железнодорожными петардами. А? Не их ли упоминали абреки?
— Может быть, — согласился коллежский советник, досадуя про себя, что Аулин вспомнил сводку. Он бы предпочел, чтобы местные сыщики до последнего оставались в неведении.
Бернард Яковлевич тоже стал ходить по кабинету, повторяя на все лады три слова, подслушанные его осведом.
— Ну и что нам это дает? — сказал он, утомившись шагать. — Пока немного.
— Пока почти ничего, — поддел его Лыков. — Хлопушки, какая-то биржа — вполне может быть, что извозчиков, — и город Благовещенск, который не входит в вашу юрисдикцию.
— Придется ждать ответа оттуда.
— И продолжать подслушивать и подсматривать за трактиром Битарашвили.
— Само собой.
— Бернард Яковлевич, только ничего не говорите Бойчевскому.
— Я ему и половины не рассказываю из того, что знаю. И здесь тоже промолчу.
На этом оба сыщика сошлись. Лыков выпил у коллеги чаю и удалился. Ему нужно было срочно принять решение.
Алексей Николаевич узнал важный факт. Экспроприация готовится в Благовещенске. Возможно, цель ее — какая-то биржа. Руководить нападением будет Иосишвили, для этого у него имеются подготовленные боевики. Им придется что-то взрывать мелинитом: или стену, или бронированную дверь.
Что же это за биржа? И как сообщить полученные сведения Азвестопуло? Лыков загримировался обывателем и отправился домой к Саблину.
Тот оказался на месте — стирал на кухне белье. Из комнаты слышался кашель.
— Авдотья? — спросил сыщик. — Как она?
— Плохо, и с каждым днем все хуже. Хоть бы господь прибрал ее поскорее, так измучилась, — вполголоса ответил артельщик.
— Азвестопуло в городе, — сообщил сыщик.
— Все здесь, — огорошил его Саблин. — Пятерых я сегодня самолично привез с пристани.
— И где прячутся боевики?
— По четыре-пять человек в разных местах. Я знаю лишь одно, то, куда доставил своих.
— Где это?
— Меблированные комнаты «Эльдорадо» на Трапезниковской улице. Хозяин — Степка Котов, аферист.
— Иван Богданович, подумай вот над чем.
