Автор
С первым колокольным звоном Киев разразился жизни и опасности. Бородатые стражники на улицах Города скрипят подкованными сапогами, как будто ждут чуда или беды. Мощный колокольный гул проникает в каждую щелку и постель города, ожидая приключений.
— Ну, — сказал он с осторожностью, чувствуя, что вступает на скользкую почву богословия, — если он различает красивых и... гм... умных, то и знатность не должна ускользать от всевидящего Божьего ока. Впрочем, не наше дело подавать сэру Богу советы. У него для этого есть херувимы, серафимы, иблисы... или не иблисы?... И другие знатные ангелы!
Томас выбрал себе крупного жеребца, оглядел других. Что-то высчитывал, морщил лоб. Неожиданно обратился к Яре:
— Ты когда-нибудь ездила на коне?
— Нет.
— Гм.
Остановившись у богатой лавки, купили седла. Олег удивился, почему так дорого, хозяин с виноватой улыбкой объяснил, что он на самом деле не купец, а старший княжеский сын из Артании. Вынужден скрываться здесь, потому что младшие братья хотят его убить, чтобы захватить престол после отцовской смерти. Вот он и копит деньги, чтобы нанять варягов для охраны. Калика кивал, но торговался, сбил цену вдвое, но седла в самом деле были стоящие.
— И здесь у вас драки за трон, — посочувствовал Томас калике.
— Где их нет, — согласился Олег, — только насчет княжества брешет, как попова собака! Он боярского, а не княжеского рода. Это, конечно, не простолюдин, он владеет землями, угодьями, многими селами и богатствами, кораблями, но не может держать большого войска, у него нет своего прапора, а только прапорец.
— Сэр калика!.. Ты, кроме седла, ни о чем с ним не общался!
— А зачем? — голос Олега был хладнокровным.
— Я слышал. Ну и что?
— По имени видно.
— Как?
— В именах своя иерархия. Есть сеньоры, есть короли, есть купцы, а есть и простолюдины. Ни один смерд, по-вашему — йомен, не станет именовать себя Браньком, Звеньком, — язык вырвут. Но и простому боярину, хоть и очень знатному и богатому, нельзя брать для своего отпрыска княжеское имя вроде Владимира, Брячислава, Ярослава, Будислава... Земли отберут, жен и коров лишат, в черные холопья загонят.
Томас задумчиво почесал лоб.
— Как у вас все сложно... А у нас и король — Джон, и простолюдин — Джон.
