В зале двадцать три альбатроса играют «Пора, пора! Уж утро настает», но они уже знают, что их ждет встреча с Бореком — джентльменом любого возраста в шикарном костюме. Этот человек всегда приносит деньги и просит сыграть «Осень, прохладное утро…». Гриша, руководитель оркестра, никогда не отказывается, даже когда Борек считается солидным гостем....
Из калиток люди выводили велосипеды с прикрепленными к рамам портфелями, чинно шли по тротуару служащие в отглаженных костюмах; жуя на ходу краюху хлеба, прошел трубочист. Наступил час женщин. Хозяйки с сумками заторопились в магазины-распределители и на базар. А Инги все не было.
Она вышла из дому около двенадцати. Элегантный серый костюм еще больше подчеркивал стройность ее фигуры. Походка у нее была упругой и плавной, так обычно ходят люди, много лет посвятившие спорту. Инга шла по тротуару, небрежно помахивая большой хозяйственной сумкой.
«Все». Рудди облегченно вздохнул.
– Продолжайте следить за домом, – приказал он помощнику. – Я в наркомат."
"«Начальнику ОББ подполковнику Соснину.
Рапорт.В 12.35 Саан вошла на Центральный рынок, где, переходя от продавца к продавцу, приценивалась к товарам.
С 13.50 до 18.00 я наблюдал за входом в спортобщество, но Саан не появлялась.
Мл. лейтенант Заварзин».«Начальнику ОББ подполковнику Соснину.
Рапорт.В 12.45 мне было поручено установить личность гражданина, продающего домашнюю колбасу и сало.
Старшина Леус».
– Выходит, что так.
– Что дало наблюдение за домом?
– Пока ничего. Инга не возвращалась. Куккер был в спортобществе и установил, что она переоделась в лыжные брюки и туристские ботинки, которые принесла в сумке, надела коричневую кожаную куртку и выпрыгнула из окна.
– Почему именно в окно?
– Выход один, другого нет. У дверей неотступно дежурил наш офицер.
