В зале двадцать три альбатроса играют «Пора, пора! Уж утро настает», но они уже знают, что их ждет встреча с Бореком — джентльменом любого возраста в шикарном костюме. Этот человек всегда приносит деньги и просит сыграть «Осень, прохладное утро…». Гриша, руководитель оркестра, никогда не отказывается, даже когда Борек считается солидным гостем....
В ярком солнечном свете был он совсем не страшным, а, наоборот, веселым и нарядным. И все же рука лейтенанта легла на кобуру.
– Запрягай, Гончак, лошадь, – сказал Давыдочев, – поедем в соседнюю деревню, там еще поспрошаем.
– Я только Волощука предупрежу, – ответил участковый.
«Спецсообщение
Обл. ОББ РОМ Павлову
Дактилоскопическая проверка убитого в деревне Смолы ничего не дала. По нашим данным, в вашем районе дислоцируется бандгруппа, примерный состав до восьми стволов. Бандиты нападают на крестьян, отбирают продукты.
Нач. ОББ Клугман».Сентябрь был жарким. Павлов сидел на ступеньках больницы, расстегнув воротник гимнастерки и сняв фуражку.
Больница была маленькой, чисто выбеленной, оконные рамы покрашены голубой краской. Павлов закрыл глаза и сразу же словно провалился в темноту.
Он очнулся от прикосновения. Открыл глаза. Перед ним стоял главный врач больницы Трофимов.
– Хотите, подполковник, я положу вас на диване в своем кабинете?
– Хочу, но не могу.
– Вам необходимо поспать.
Павлов встал, поправил фуражку, застегнул воротник.
– Как она?
– Лучше.
– Поговорить с ней можно?
– Да. Только она плачет все время. Пойдемте.
В маленькой прихожей Трофимов снял с вешалки халат, протянул Павлову. Халат был широким и длинным, и подполковник словно утонул в нем.
В коридоре плотно стояли койки, и Павлов с Трофимовым шли, провожаемые любопытными взглядами.
У дверей с табличкой «Старшая сестра» главврач остановился:
– Мы ее отдельно положили.
В маленькой комнате, заваленной узлами с бельем, на широком кожаном диване лежала женщина с перевязанной головой.
Лицо ее было бледно и неподвижно, только глаза, огромные, серые, жили на этом лице. Они смотрели на Павлова тоскливо и вопросительно."
"– Это к тебе, Ядзя, – сказал Трофимов, – вы тут поговорите, а я пойду.
Павлов осторожно присел на край постели.
– Как вы себя чувствуете?
– Хорошо, – чуть слышно прошептала женщина.
– Я начальник районной милиции. Вы можете ответить на мои вопросы?
– Да.
– Скажите, вы узнали кого-нибудь из нападавших?
– Да.
– Кого?
– Андрея Рокиту. – Голос женщины окреп. – Он раньше в нашей деревне жил, потом в городе. При немцах в полиции служил.
– Только его?
– Только.
