– Марк, а ты никогда не предполагал, что я могла унаследовать недостаток эмпатии от твоей семьи? Как твои родители могли бросить меня?
Его лицо исказилось.
Он еще больше расстроился, когда я рассказала, что о нем не было ни одного упоминания ни в отцовских записях, ни на пленках с Дениз.
– Ты уверена? Мое имя ни разу не звучало? Ни разу?
– Она тебя не вспоминала. Извини.
– Я должен послушать эти записи.
– Возвращайся в Каррикшиди, – сказала я. – Уверена, на заводе тебя еще не заменили.
– Я взял больничный, но не думаю, что смогу когда-нибудь вернуться.
– Марк, здесь твоя жизнь, здесь твои друзья. Здесь твоя… племянница. Мне тоже хочется послушать про свою родную мать. Как ты думаешь, твой отец сможет понять меня теперь? Я могу ему понравиться. Он мой дедушка.
– Сомневаюсь. Он уже очень стар, ему почти девяносто. Не думаю, что он готов к таким потрясениям.
Меня немного взбесило, что факт моего существования может доставить такое беспокойство моему собственному деду.
– Думаю, нам нужно сходить к моему терапевту вместе. Ты из того же поколения, что и я. Ты бы мог воспринимать меня как свою сестру?
– Нет. Не как Дениз и не как Мэри Нортон, а как Салли Даймонд. Вот кто я теперь. Хочешь сэндвич?
Марк рассмеялся. Не знаю, почему, но это сняло напряжение между нами.
– Я вернусь в деревню. Сообщу в офис, что выйду в понедельник.
– Нашим друзьям я объясню. Большинство уже знает, что ты мой дядя. Они были очень удивлены и посочувствовали тебе. Тебя с радостью примут назад.
Я спросила его про Анубу. Он признался, что сказал мне о своем к ней интересе, только чтобы я не волновалась. Я высказала ему свое неодобрение. Он сказал, что до сих пор любит свою бывшую жену.
– Думаю, ты Элейн тоже небезразличен.
– Ей меня жаль, Салли.
– Но она все равно тебя очень поддерживает. Вы рано женились, да?
– Слишком рано. Мне отчаянно хотелось завести семью, которая никак не связана с Дениз.
– Это была идея Элейн. Одна из лучших.
– Она сейчас снова вышла замуж? И у нее сын?
Наконец мы поднялись, а потом обнимались на пару секунд дольше, чем мне было комфортно. Марк почувствовал это.
– Извини, Салли. Извини меня за все.
– Очень жаль, что ты потерял сестру при таких ужасных обстоятельствах.
– Но я нашел племянницу и друга.
Он ушел, а я немного задержалась, глядя на рояль. Пока мы тут сидели, на нем так никто и не сыграл. Я медленно подошла к нему и отодвинула бархатный стульчик. Откинула крышку и положила руки на клавиши.
