В огромной радуге над лесом звучало пение птиц, восстановляющее дух и душу после скитаний. Прошел еще один год кажущейся бесконечности жизни. Алакдар задумчиво пересчитывал в уме свои года — триста семьдесят шесть. Физически он выглядел еще крепким, но на вид ему было лет сорок, оставаясь в постоянном противоречии с самим собой и окружающим миром....
"
"– Да как ты смеешь наглец…– начала заводится монашка, но была остановлена моим восклицанием.
– Госпожа вы наверно забыли, как я разложил всех по коридору и даже ваш амулет не помог? Вы все живы только потому, что я вас откачал, а не бросил умирать. Мне даже не нужно было вас добивать, через час монастырь превратился бы в кладбище, а я ушел спокойным шагом.
– И был бы проклят всем Геоном! – вставила свои пять копеек монахиня.
– Каюсь госпожа и готов целовать ваши ноги за свою глупость. Князь Ингар готов выполнить любой ваш приказ, не противоречащий чести и долгу перед кланами.
– Госпожа настоятельница, я не позволю вам остаться с преступником наедине, он опасен, – заговорил один из ассасинов.
– Заткнись когда говорят 'высокородные' и выматывайся в коридор! – разозлился я, начав давить 'Силой' на ауру воина, который уже через пару секунд начал кататься по полу, схватившись руками за голову.
Демонстрация магических возможностей впечатлила присутствующих, и мы остались с настоятельницей наедине.
Еще неделю назад подобный трюк наврядли мне удался, но видимо в результате ментального удара монахини во мне открылись новые способности или просто в состоянии стресса я задействовал какие-то резервные ресурсы организма. Мать настоятельница забилась в угол и выставила в мою сторону обе руки, готовясь нанести ментальный удар.
– Госпожа успокойтесь, я не причиню вам вреда, мне просто необходимо с вами поговорить. Я не обманываю Вас, я действительно князь Ингар глава объединенных кланов 'Желтой Змеи' и 'Зорга'. Вы же видите татуировки на моих руках. Вам известно, что самовольно сделать такие татуировки, значит перерезать себе глотку. Я пришел в монастырь к принцессе Викане. Таргиня Нара, моя названая мать, рассказала, что Викана должна принять посвящение в жрицы богини 'Леды' и принять обет безбрачия. Я люблю Викану и должен был лично спросить ее о чувствах ко мне, если бы она меня отвергла, то я тихо покинул монастырь и больше никогда сюда не появился.
– Послушай, а ты не тот 'истинный высокородный', брат князя хуманов Стаса, который спас принцессу Викану из плена и вернул отцу?
– Да это я, только не брат, а племянник Стаса.
– О боги! Просто чудеса какие-то, а я думала, что это девичьи сказки и принцесса влюбилась в какого-то смазливого самозванца и лжеца.
