В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Все что произошло между нами, было сделано по доброй воле, так решили боги!
– Ты с ума сошел сынок! Теперь Ингар имеет над тобой полную власть, и ты не сможешь противиться его приказам, он может делать с тобой все что захочет, а что придет ему в голову одним богам известно!
– Мама прекрати! Ингар относился ко мне по-человечески, когда я был ниже грязи под ногами. Он делился со мною последним куском, защищал в бою, я слова от него плохого не слышал. Мама ты не понимаешь, я был шаком!"
"Нара махнув рукой, тяжело опустилась в кресло.
– Госпожа Нара, прошу меня извинить, но если я и сделал Арданаю что-то плохое, это произошло не по злому умыслу, – прервал я неловкое молчание.
– Ладно, сыночки садитесь за стол, пока завтрак не остыл. Ингар чего застыл, садись, хочешь ты или нет, но теперь ты и мне сын, если стал кровным братом Арданаю.
Завтрак прошел в неловком молчании, и я чувствовал себя лишним на чужом празднике жизни. Оставаться в гостях у таргини я больше не мог, долг и нехорошие предчувствия гнали в дорогу.
– Если рассказать о своем отъезде, то 'Первый' увяжется за мной и Нара снова надолго потеряет своего сына, а если принять в расчет мои таланты постоянно находить приключения на свою пятую точку, то и навсегда.
День прошел незаметно. Я навестил Арделию и выздоравливающую Молли. Девочка сидела на кровати и придирчиво рассматривала себя в зеркальце. Осмотром она была явно довольна и буквально светилась от счастья.
