В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Она дядю в могилу свела, наверное, затрахала до смерти. Откуда у меня такие деньги? Через два месяца истекает срок выплаты отступного, и кузница перейдет к Лили, так зовут эту сучку. В городе я случайно встретил Торвина земляка из Фьера, он служил с отцом во 'Втором Легионе'. Я рассказал ему о своих бедах, и он пообещал дать мне в займы денег на выплату отступного и налогов за кузню. Торвин сказал, что даст взаймы пятьсот империалов, если я съезжу в Кайтон и разыщу хумана Колина, гвельфийку Викану и какого-то Ингара.
– Ой, врешь ты парень, за поездку в Кайтон пятьсот империалов? Не свисти! Я бы туда обратно до скончания века за такие бабки катался. Парень покраснел и замялся.
– Я за поездку должен тридцать империалов получить, за известия об Колине и Викане еще двадцать. Остальные деньги я получил бы в долг, если привез доказательства смерти Ингара или узнал, где он находится.
– Почему Ингар так интересует Торвина? Пятьсот империалов деньги огромные.
"– Ну не такие уж и большие, кузница двадцать пять золотых стоит. Деньги Торвин в долг дает и под проценты. Ингар его родственника Риса убил, а это дело кровное! Я хотел за пять золотых подрядиться, этого Ингара убрать, только Торвин рассмеялся и сказал что Ингар сотне, таких как я, на лету уши отрежет. Он его в розыск как убийцу по всей империи объявить обещался и десять золотых в награду назначить.
После этих слов я буквально впал в ступор.
– Богач твой Торвин, десять золотых за голову убийцы родственника, деньги не малые.
– Я тоже удивился, откуда у него такие бабки. Раньше он простым охранником караванов был, правда, выбился в начальники охраны, но десять золотых это круто! Потом я в городе узнал, что они с Рисом из Кераны большой караван привели и продали магам много магических артефактов за бешеные бабки.
– Ты долго в Шателье жил, – спросил я.
– Да нет только две недели всего, жена дяди в дом меня не пустила, поэтому пришлось ночевать на постоялом дворе за стеной города.
