Автор
В древних речах оставалась угроза: каждый поколение потомков одного семьи должен был служить Дьяволу и следовать его злому велению. Благородных отличали по-кошачьи желтые глаза, символизирующие сверхъестественную силу. Кто же, согласно легенде, станет обладателем могущества, превосходящего все известное?...
Говорит на каком-то непонятном языке! Ветле понимает этот язык, но он не знаком и чужд ему, абсолютно чужд.
— Да, — попытался ответить он, но получился только хриплый шепот. Он прокашлялся и уже четко повторил: — Да.
— Ты можешь спокойно повернуться. Я не опасен.
Ветле сглотнул. Глубоко вздохнул и медленно повернулся. Смотреть едва осмеливался.
От страха у него все плыло перед глазами, но вскоре ему удалось взять себя в руки, и взгляд его прояснился.
Тень? Нет, больше, чем тень. Создание высокого роста в темном плаще с капюшоном, закрывающем лицо.
— Ты слышал обо мне, не правда ли? — спросило создание.
Ветле наконец обрел контроль над голосом, но не над самим собой. Желание убежать вверх по лестнице и запереться в своей комнате снова овладело им.
Но такому гостю двери и замки, наверное, не препятствие.
Ветле не убежал. Сейчас надо произвести как можно лучшее впечатление. Показать себя храбрым.
— Ты слышал обо мне, не правда ли? — спросило привидение.
— Думаю, да, — пробормотал Ветле себе под нос.
У него создалось впечатление, что призрак косо улыбнулся. И тут он снова услышал его удивительный голос:
— Мы нуждаемся в твоей помощи, Ветле.
В горле у мальчика перехватило.
— В моей… помощи?
Это звучало невероятно! Но и прекрасно. Мужество стало возвращаться к нему.
— Я не знал, что обычные представители Людей Льда могут вообще вступать с вами в связь, — дрожа, произнес он и непроизвольно отвесил призраку низкий поклон. Господи, как глупо прозвучало это «вообще»! В этой связи не существует никакого «вообще»!
— Мы вынуждены, — ответил гость.
— Я знаю. Война.
— Войны идут своим опустошительным путем. Но, если основатель рода Людей Льда вмешается снова, последствия будут ужасны."
"Язык! Сейчас после того как в голове его перестало гудеть от шока, Ветле узнал его. Это был древне-норвежский. Не самый древний, напоминавший исландский. Нет он… был каким-то средним.
Несмотря на свою молодость и неуправляемый нрав, Ветле был очень любознательным мальчиком и стремился побольше узнать. Он схватывал все быстро и усваивал крепко. Знания прочно удерживались в его голове. Гость своим невнятным голосом сказал:
— Мы не можем просить Бенедикту, которая сейчас осталась единственным меченым проклятием человеком. Женщина, да еще в ее возрасте, не выдержит такого напряжения.
