Автор
В древних речах оставалась угроза: каждый поколение потомков одного семьи должен был служить Дьяволу и следовать его злому велению. Благородных отличали по-кошачьи желтые глаза, символизирующие сверхъестественную силу. Кто же, согласно легенде, станет обладателем могущества, превосходящего все известное?...
— Выйду замуж».
В четырнадцать лет?
Это сумасшествие!
Из носа Эсмеральды текла кровь. Удар Хуаниты был точен.
И в этот момент большая девочка издала дикий вопль. Донна Эсмеральда схватила ее руку и сильно ущипнула.
Один из мужчин подошел и развел драчуний. Их посадили в разных концах кибитки, где они сидели и с ненавистью ели глазами друг друга. Ветле вздохнул."
"Так, значит нам бояться человека в панцире больше не нужно, подумал он, облегченно вздохнув. Но Тенгель Злой пошлет кого-нибудь другого…?
Это звучало не очень хорошо.
— Скоро приедем в деревню? — спросил он.
— Нет, ты спал так крепко, что мы поехали прямо домой, — ответил один из цыган.
«Это скверно, — подумал он, — мне следовало бы уничтожить ноты». Но он ничего не мог возразить. К тому же вдалеке он увидел скалы. Они приближались к пещерам.
Отлично!
Поистине в последние недели жизнь бросала его из стороны в сторону!
Разбудили его уже дома.
— М-м-м, — произнес он, еще не очнувшись ото сна.
Человек, который удерживал его на ногах, сказал женщинам: — Возьмите его с собой в тихий уголок, дайте ему отоспаться! Он смертельно устал, бедняга!
Это показалось Ветле правильным и он беспрекословно последовал за женщинами и свалился на простое ложе.
Что-то слегка зашевелилось в его памяти, или может в совести. Что он должен был сделать? Быстро, мгновенно?
Нет, это может подождать, что бы это ни было. Ему сейчас так хорошо! Так хорошо… В пещере темно, ложе мягкое, он словно проваливается…
Когда с человека снимается ответственность, внимание притупляется, И все кажется таким прекрасным.
Предательски прекрасным!
Он едва обратил внимание на то, что одна из девочек, которые ссорились из-за его благосклонности, вошла и уселась рядом с ним. Она, видимо, желает охранять его покой, чтобы никто не помешал ему спать.
Хорошо, что та, другая, спит сейчас где-то в другой пещере, как и все остальные. Весь табор спит.
На лице девочки появилась презрительная гримаса. Ей нельзя заснуть! Ветле выполняет задание.
Но как же она устала! Неописуемо, ужасно устала! Веки ее словно налились свинцом, она откинулась назад и прислонилась к стене скалы. Только прислониться ненадолго, не спать, не… спать… она должна…
Все в цыганском таборе в низких горах Андалузии спали.
* * *
Она села, выпрямившись.
Прислушалась.
Огляделась.
Кто говорит с ней?
Нет, рядом никого нет. Однако она слышит голос.
