Но оттуда не посыпались монеты, а вытекла серая жижа. Старшина стряхнул ее с руки и снова схватил Бена, который в растерянности уставился на кошелек.
– Это еще что? – прорычал Таббс. – Вздумал меня за нос водить, мальчишка? И где твой брат?
К Бену вернулась сообразительность.
– Его поймали таможенники. Это я и пытался сказать. Сбежать сумел только я. Питеру повезло меньше.
– И что мне сказать капитану? – спросил Таббс.
Бен уже успел немного это обмозговать.
– Просто скажите, что он заскучал по дому, – ответил он. – Скажите, что он собрался остаться с давними друзьями и бросить моряцкую жизнь.
Старший рулевой замер и на пару секунд задумался. Что-то в Бене его настораживало. Не доверял он ни этому мальчишке, ни его брату.
– Не знаю, что вы затеяли, – сказал Таббс, тыча Бена в грудь, – но меня никому не провести. Вы с братом мне задолжали, и лучше бы тебе найти способ рассчитаться, а не то пожалеешь, что ты и впрямь не попался таможенникам.
Громко топая, он ушел, а Бен все смотрел на кошелек, валявшийся на палубе. Он ничего не понимал. Питер, должно быть, обманул его – но как? Бен же слышал, как бренчали монеты. Тут его схватил за руку подвыпивший капитан, который только что вернулся.
– Только посмотри на себя, чумазый болван, – сказал капитан. – Ты, вообще-то, который из двоих?
– Питер, сэр. То есть Бен, сэр.
– Ты что, пытаешь острить, мальчишка? – спросил капитан.
– Нет, сэр, – ответил Бен.
Бен спустился вниз. Гамак Питера пустовал. Бен забрался в свой, прихватив на всякий случай нож. Он пытался не заснуть, но усталость взяла свое: он провалился в сон и проснулся, как ему показалось, через несколько минут (хотя прошло несколько часов), встревоженный и сбитый с толку.
Что-то случилось с его гамаком. Сперва ему показалось, что он лежит в собственной крови, но вскоре он понял, что это совсем не кровь. Гамак был полон грязи – влажной, вонючей болотной грязи.
Над холодным Северным морем занималась заря, когда ошеломленный Бен выбрался из гамака и поднялся на палубу, спотыкаясь в полутьме и борясь с тошнотой. Его встретили озадаченными взглядами. Капитан подошел к нему и оглядел с головы до ног, будто не мог до конца поверить глазам: с одежды Бена капала грязь.
– Сэр, значит, старший рулевой ничего вам не сказал? – спросил Бен.
Капитан уже уходил, но теперь обернулся.
– Ну как же, – ответил он, – небылицу о том, что твой брат сбежал домой, я уже слыхал. Да, об этом старший рулевой рассказал.