Двор был пуст, мой «покойный» муж бесследно исчез. Я нажала на педаль газа.
Все могло быть иначе. Возможно, Гри и Таня могли жить счастливо, копя деньги на отдых и радуясь покупке нового телевизора. У нас бы были друзья, появилась бы дачка… Этакие современные старосветские помещики Пульхерия Ивановна и Афанасий Иванович. Но мы – не они. Зачем думать о том, чего нет, чего не случилось? У меня другая жизнь. Да, мне немного жаль своей любви и связанных с ней надежд и чаяний. Но прощай, Гри. Иногда надо просто перевернуть страницу. И нужно смириться. Смирение – лекарство от всех душевных невзгод.
Я выехала на проспект и влилась в поток машин.
– Смотрите, какой у меня необыкновенный гипс! – весело произнесла Рина, когда мы с Иваном вошли в палату.
Гипс и правда был необыкновенный – на одной ноге розовый, на другой голубой.
– Очень гламурно, – усмехнулся Иван. – А почему на правой ноге написано «левая»?
– Где? – удивилась Ирина Леонидовна.
– У самой щиколотки, – подсказала я. – А на левой, вернее, на лангетке, слово «правая».
– Мне не видно, – расстроилась Рина и нажала на кнопку в стене.
Через секунду в палату вошла медсестра.
– Оля, почему у меня правая нога левая, а левая правая? – поинтересовалась свекровь.
Девушка вскинула брови.
– Да? Вроде все нормально. Правая справа, левая слева. А когда вы к нам поступили, как было?
Иван издал сдавленный смешок. Я стиснула губы, велев себе мысленно: смеяться нельзя, сдержись, Танюша.
– Так, как сейчас, – совершенно серьезно ответила Рина. – Думаете, мне ноги поменяли? Левую переставили направо, а правую налево?
Иван закашлялся, я же изо всех сил пыталась сохранить серьезное выражение лица.
– Ну что вы, медицина пока не способна делать подобное, – улыбнулась Ольга. – Да и какой смысл в такой операции? Больной же потом ходить не сможет. У вас обычные переломы, ничего особенного.
– Если врач что-то написал, значит, это нужная информация, – уперлась Рина.
– Не волнуйтесь, – защебетала медсестра, – сейчас Виктора Аркадьевича позову.
Девушка вышла в коридор, но не прикрыла плотно дверь в палату, поэтому мы слышали ее разговор по телефону с лечащим врачом Рины.
– Виктор Аркадьевич, это Маленкова. Подойдите в шестую. Нет, она выписывается, но хочет узнать, почему у нее правая нога левая, а левая правая. Ой… хи-хи… да знаю я, что вы ей конечности не меняли, но у нее справа левая, а слева правая. Выглядят обычно, как у всех: справа правая, слева левая.