Если б ты знал, какие жеребцы возле меня отираются, готовые… простите, дальше одна пошлость.
– В общем, представляете, что за семейная жизнь у меня?
Потапов, внимательно смотревший в глаза Стебрину, пока тот произносил свой душещипательный монолог, спросил:
– Ждете, что я пожалею вас?
– Нет! Мне жалость не нужна. Я понимаю, сейчас вы пойдете к жене, и она опровергнет мои слова. В Виктории пропала великолепная актриса. Впрочем, возможно, еще не пропала.
– Я не пойду к вашей супруге, Павел Алексеевич.
– Не вижу смысла. К сожалению, вы так и не осознали всю серьезность своего положения. Мы дадим вам еще сутки подумать, после чего, не обессудьте, коль и дальше будете вести себя подобным образом, переведем в специальный изолятор. А это, господин Стебрин, уже реальный арест с предъявлением обвинения в совершении особо тяжкого преступления.
– Но почему вы не верите мне?
Потапов спокойно ответил:
– Потому, что вы лжете, Павел Алексеевич. Причем делаете это весьма неумело. Но у нас есть средства, совершенно безвредные для здоровья, способствующие тому, чтобы человек говорил правду. На этом беседу считаю оконченной. Замечу на прощание одно: вы до сих пор не поняли, с КЕМ имеете дело. У вас сутки на размышления. Честь имею!
Полковник вышел в прихожую. Подозвал Шепеля:
– Что Виктория Александровна?
– Ничего! Продолжает смотреть фильм.
– Ты вот что, Миша, постарайся развести их… Чтобы шума не подняли. У них весьма сложные и далеко не семейные отношения. Шум нам не нужен! Не получится по-хорошему, разведи в жестком режиме. И не спускай с них глаз.
– Не волнуйтесь, товарищ полковник, я знаю, что делать!
– Тогда удачи тебе! Я поехал к Феофанову!
– Извините! Не колется академик?
– Куда ж он, Миша, денется?
– А если не замешан в преступлении?
– Замешан! Поверь, за долгие годы службы в спецназе я научился разбираться в людях. И знаешь, что выдает ложь у тех, кто врет? Глаза, Миша. Но ладно! Служи!
Потапов извлек сотовый телефон.
И тут же отключил мобильник. Вышел в подъезд. Проводив заместителя начальника управления, Шепель заглянул в кабинет Стебрина. Академик сидел за столом, обхватив голову руками.
– Вы сегодня обедать будете или диету с женой блюдете?
– Да оставь хоть ты меня в покое, капитан!
– Без проблем, господин академик! Я-то оставлю, а вот другие – вряд ли. И не из нашего ведомства.