Взрывное происшествие в теле Алины оставляет ее врасплох. Но сила внутреннего толчка превосходит даже самое жуткое физическое страдание. Это не просто болезнь — это знак, предвещающий страшную правду, которая угрожает раздавить Алину и все вокруг.
Нет, это вот сейчас серьезно, у неё между ног увлажняется и зарождается вполне понятное желание почувствовать, как тебя наполняют?
С ума сойти...
Но факт оставался фактом.
Она хотела «оседлать» мужчину, и чтобы долбанная одежда не мешала им!
Когда Алина попыталась чуть сдвинуться - захват рук тотчас усилился. Возможно, ещё вчера она расценила бы этот жест, как проявление ограничения. Сегодня - как не желание её отпускать. Ни на секунду.
И снова в девушке что-то дрогнуло. Проснулось. Нечто темное. Первобытное.
- Хочу, чтобы ты снял джинсы, - наклонив вперед часть корпуса, прошептала Алина и, поддавшись шалости, укусила Германа за мочку. Мужчина дернулся. Взгляд стал совсем безумным."
"- Если не хочешь, чтобы я разложил тебя разом - не кусай. Не буди во мне зверя, - рыкнул мужчина и ловко пересадил её с себя.
И очень быстро разделся. Как не порвал одежду - непонятно.
Алина тоже не бездействовала. Внезапно поняла, что платье, застрявшее у неё на талии, доставляет дискомфорт коже.
Когда Алина полностью разделась, удобно устроившись на коленях, услышала:
- Хочу на тебя посмотреть, - решительно, даже резко и торопливое добавление, куда более мягкое: - Можно?
Что он хочет посмотреть, Алина даже не поняла - почувствовала.
Краснея и чихвостя, на чем свет стоит свою природную стеснительность, села. Поставила ступни на край дивана. Развела ноги.
А вот закрывать глаза не стала.
Она хотела видеть лицо Германа.
Да, определенно, хотела.
И зрелище было завораживающим.
Мужчина, что в комплекции превосходил всех её знакомых, что привык сражаться и выбирать кардинальные меры воздействия, замер. Взгляд его черных глаз как остановился на нежно-розовом лоне, доступном для обозрения, так и перестал двигаться. Время, казалось, остановилось. Да и сама Алина замерла, боясь пошевелиться.
Тишина в квартире оглушала. Но не давила.
Лишь резкое, прерывистое мужское дыхание нарушило его.
Герман по направлению к ней сделал шаг.
Опустился на корточки. Аккурат напротив её разведенных ног.
Поднял руку и дотронулся до складочек.
- Влажная.
У Алины всё оборвалось внутри.
Всё.
Девушка закрыла глаза и безвольно откинулась на спинку дивана. Пусть, что хочет, то и делает...
Лишь бы делал.
Провел пальцем ещё один раз. И ещё. Прочертил влажную дорожку до коротких, аккуратно постриженных волосков.
- Хорошо, что не сбриваешь всё.
Алину точно током прошибло.
