Зафиксирован бонусный коэффициент к опыту и доходу клана сроком действия на одни сутки, — севшим голосом проговорил Рэд. Сейчас спеси у толстяка здорово поубавилось.
— Угу, — кивнул Сандерс, и налил себе еще. Мне на этот раз предлагать не стал. — Понятно. Что по поводу разведданных и ксеноактивности?
Рэд, кажется, даже посерел.
— Задание клану выдала система. В описание была «слабая активность, задача средней сложности». Ничего, с чем не справился бы отряд Эвереста, — выдавил он.
— Угу, — повторил Сандерс. — И?
— Я отправил дрон на разведку, обнаружил активность, стандартную для малого гнезда. Рабочие, туманники, пара солдат… Ничего особенного. Данные совпали с информацией системы, и я передал задание на выполнение.
— Ну, то есть, ты там нихрена не искал, да? — Сандерс поднял бровь. — Пролетел дроном, посмотрел визуально, и все, да? Ни глубокого сканирования не проводил, ни детекторов не сбрасывал…
— Да ну у нас тех детекторов осталось… — кажется, сейчас Рэду очень хотелось провалиться под землю.
Сандерс вздохнул, посидел молча несколько секунд, налил себе еще на два пальца и залпом выпил.
— Множитель бонусного коэффициента? — неожиданно спросил он, не глядя на заместителя.
— Два, — поспешно ответил Рэд.
— Угу… Значит, так. Поднимай свою жирную задницу и вали в командный центр. Следующие сутки ты будешь выжимать из этого гребаного коэффициента все, что только можно. И все что нельзя — тоже. Все отложенные задания, все задвинутые в долгий ящик дела, добыча ресурсов… Все, за что гребаная система начисляет гребаный опыт и кредиты. И от того, насколько хорошо у тебя все это получится, будет зависеть тональность нашего следующего с тобой разговора. Все. Свободен.
Рэд кивнул, вскочил, и едва ли не с низкого старта рванул к дверям.
— Рэд! — окликнул я его, когда он уже тянул ладонь к сенсору замка. Инженер замер и неохотно повернулся.
— Моих людей не трогай. Мне они будут нужны.
Инженер нерешительно посмотрел на Сандерса, и тот, после секундного раздумья, кивнул. Рэд выскочил за двери, а Сандерс снова взялся за бутылку, наполнил оба стакана и повернулся ко мне.
— С возвращением, Алтай! — провозгласил он и поднял стакан. — Хорошо, что ты вернулся.
Сейчас я опрокинул стакан почти с наслаждением, и почувствовал, как медленно уходит напряжение последних часов. Кажется, опасность миновала. По крайней мере, на этот раз. Но кто знает, что будет дальше?
— Как погиб Эверест? — помолчав, спросил Сандерс.
