Но давалось это тяжело, и только глядя на упрямо прущую вперед Скайлер, я глотал ругательства, вместо того, чтобы выплескивать их наружу. Стыдно, блин. Девица молча идет, а бывалый, мать его, космодесантник расклеился, как тряпка. Мысли все лишь о том, что проще прекратить это безуспешное трепыхание, присесть у забора, вытянуть ноги и забить на все. Кто там сзади идет, куда, зачем — не имеет никакого значения. Какая разница? Все равно бегать бесполезно. Рано или поздно догонят. Так зачем усложнять себе остатки жизни?
Я все же не выдержал и грязно выругался, поняв, что проклятая пси-аномалия снова взялась за меня всерьез.
Вот же гадость какая, а? И, главное, лезет в башку так незаметно, и не скажешь, что это откуда-то извне навеяно. Контроль, боец, только полный контроль всех мыслей, всех эмоций, всех ощущений! А то и сам сдохнешь, и девчонку за собой утащишь.
Иногда, когда я случайно уходил с невидимой тропы, отклоняясь от прокладываемого Скайлер маршрута, нагребало меня особенно сильно.
В такие моменты хотелось выть от тоски и боли, раздирающих душу, и лишь повышенная сопротивляемость к ментальному воздействию вкупе с остатками силы воли удерживали меня от того, чтобы и в самом деле не разнести себе башку к чертовой матери. Как только я возвращался на тропу, сразу же становилось легче. Девушка будто чувствовала, где концентрация этих гребаных микроорганизмов выше, и вела меня именно через такие участки. Хотя почему «будто»? Так и было.
Причем тропа эта была весьма извилистой и запутанной. Иногда Скайлер вела меня через двор полуразваленного коттеджа, иногда — и через сами развалины. После того, что я ощутил, отклонившись с пути, вопросов в целесообразности такого маршрута не возникало, и я шел за девушкой, как привязанный.
Если не считать того, что справа вырос пологий, но достаточно высокий холм, местность практически не менялась. Один коттеджный поселок сменял другой, и я предположил, что некогда это было чем-то вроде рекреационной зоны для рабочих.
В пользу этой версии говорил и высохший котлован слева, с остатками причалов, пандусов и понтонов. В отдалении виднелись остовы наполовину вросших в растрескавшийся грунт яхт и яхточек, а в одном месте, когда мы проходили близко к котловану, я даже заметил погребенные в песке шезлонги из полипласта. Ну, да. Видимо, здесь было большое озеро, а коттеджи — дачные или гостевые дома для отдыхающих смен.