Через миг ругань сменилась довольным восклицанием, которое утонуло в громком шипении пневмопривода. Лепестковые створки ангара со скрежетом пришли в движение, и последним, что я увидел, были два боевых бота, изо всех сил спешащие ко все уменьшающемуся входному проему. Я успел еще задать себе вопрос, почему они не стреляют, а потом створки окончательно закрылись, погружая ангар в плотный, непроглядный мрак. В точно такой же, в какой секунду спустя, не выдержав запредельных нагрузок, ускользнуло мое измученное сознание.
Сознание возвращалось неохотно, органы чувств включались попеременно, нехотя… Сначала вернулось осязание — я понял, что лежать на спине, навалившись на собственный рюкзак и оружие чертовски неудобно, и со стоном перевалился на бок. Следом прорезался слух: до меня отчетливо донеслось какое-то шипение и приглушенная, злая ругань Скайлер, ну а потом наконец-то заработало зрение.
Я лежал на полу ангара, освещенного парой химических светильников. В нескольких метрах от меня Скайлер, завладевшая моей аптечкой, ругаясь сквозь зубы, орудовала хирургическим степлером и пистолетом с биоклеем. В общем, здесь ясно. А что это за шипение?
Я перевел взгляд на створки ангара, и заковыристо выругался про себя. Ровно по центру ворот появилась яркая красная точка, которая, смещаясь вниз, понемногу превращалась в линию. Вот же черт! Боты режут ворота!
Вскрыть наше убежище было той еще задачей. Базы на отдаленных планетах обычно представляли собой набор многоцелевых модулей, которые выполняли сразу несколько функций. Например, при транспортировке этот ангар был посадочной капсулой для техники, и в обычную стальную коробку с воротами превращался только отстрелив тормозные двигатели и сев на планету. То есть, конструкция была действительно крепкой, рассчитанной на длительные путешествия в космическом пространстве, прохождение сквозь атмосферу и достаточно жесткую посадку. Так что быстро добраться до нас у ботов не получится. Вот только проблема в том, что они никуда особенно и не спешили.
Убедившись, что прямо сейчас нам ничего не грозит, я обратился к интерфейсу. Панель диагноста сигнализировала о сильном истощении, требовала немедленно посетить регенерационную камеру, а после — отдыхать не меньше семидесяти двух часов. Панель биокомпьютера светилась красными иконками — функции недоступны, и лишь тактический блок работал без перебоев.
