Герои отправляются в альтернативное будущее, где Петербург уничтожен катастрофой, а вместо дворцов простирается загадочная зона. Команде предстоит опасное путешествие сквозь время, чтобы исправить ход истории и спасти русскую цивилизацию от гибели.
Осознать трудно, никогда ничего подобного ни в одной стране не случалось. Ничего удивительного, что возникла пустота, очень быстро, надо полагать, вспыхнула междоусобица, не стоит пока что гадать, по каким причинам, кто с кем воевал, за что, против чего…
Зимин спохватился, встряхнул головой, выпрямился, его голос звучал твердо. Почти…
— Теперь — «галоп» длиною… А, впрочем, нет! То же время, первое августа девятьсот восьмого. Только поднимите «точку» на высоту птичьего полета — так, чтобы мы видели весь город, панорамой…
Развал и запустение, это прекрасно различается и с птичьего полета. Нева у Зимнего широко растеклась, несомненно, заполняя огромные рытвины.
— Тридцать первое июля.
Та же картина, разве что во многих местах виднеются багровые огоньки пожарищ, многочисленные черные дымы поднимаются вверх, их тут же рвет в клочья, растаскивает сильный ветер…
— Тридцатое июля.
Петербург целехонек, с высоты птичьего полета предстает искусно выполненным макетом, красивым и гармоничным, отсюда нельзя разглядеть ни грязи, ни луж, ни обшарпанных стен доходных домов, все аккуратненькое, радующее глаз… Напрягши глаза, можно было все же рассмотреть катившие по улицам крохотные экипажи и вовсе уж малюсеньких прохожих.
— Одиннадцать часов утра… — резюмировал Зимин. — Пока что ничего. Двигайтесь прыжками по четверть часа, мы должны поймать тот самый момент…
Инженер кивнул, не оборачиваясь к ним. Сначала казалось, что картинка совершенно не меняется и они наблюдают один и тот же кусочек грядущего. Это и понятно: за несколько часов сам город нисколечко не мог измениться. Только хорошо присмотревшись, можно понять, что потоки экипажей и пешеходов все же меняются.
— Вот оно! — воскликнул Зимин. — Стоп!
Город лежал в руинах, за пределами большого круга абсолютного разрушения во множестве светились желто-багровые пожарища, ветер рвал в клочья косые полосы черного дыма.
— Прыгайте поминутно. Если потребуется, переходите на прыжки продолжительностью секунд в пять. Нам необходим момент катастрофы.
— Да, я понимаю… — ответил инженер, манипулируя приборами.
Мелькание картин (на сей раз они сразу отличались друг от друга расположением и количеством пожарищ) продолжалось совсем недолго. Инженер нащупал нужный момент. Сказал торопливо:
— Буквально через несколько секунд начнется…
Поручик всматривался до рези в глазах, не мигая.
