А поскольку он, Савельев, никакой не альв, то соответствующие устройства его появление проигнорировали — а за ними и люди. Мало ли какой офицер может бродить в здешних лесах, пусть даже на изрядном расстоянии от Гатчины… Вот когда он окажется на месте, все, конечно же, пойдет не так гладко…
Он еще более ускорил шаг, охваченный не только волнением, но и своеобразным умилением — все то же самое, но другое…
Совершенно тот же кирпичный забор с шеренгой острых железных шипов поверху — вот только кирпичи, ничего удивительного, чуть потемнели от времени и атмосферных воздействий. Та же черепица и зеленое кровельное железо на виднеющихся над забором крышах, та же дымящая кирпичная труба — электростанция, теперь-то он знал. Ворота те же, и караульная будка.
Вот только появившийся из нее унтер, конечно же, был незнаком — там, откуда прибыл Савельев, он, быть может, еще и ходить-то не умел. Однако принцип остался прежним: высокий унтер, статный, со смышленым лицом, несомненно, сверхсрочный. Мундир чуточку другой, а вот кобура с пистолетом знакомого образца — они пополняют арсенал из того же источника, надо полагать…
Повторилось то, что с ним здесь — и как бы не здесь — происходило два месяца назад: унтер исправно отдал честь, вопросительно произнес:
— Ваше благородие?
— Поручик Савельев, — представился он. — Имею командировочное предписание к командующему батальоном.
Протянул часовому вчетверо сложенный бланк. Тот привычно развернул бумагу, пробежал глазами по строчкам с уверенным видом грамотного человека — и вскинул на Савельева глаза, в коих, кроме надлежащей бдительности, легко читалось еще и абсолютно неуставное нешуточное удивление.
Было отчего. Удивишься тут — даже если давно здесь служишь — такому вот «тугаменту». В котором каллиграфическим писарским почерком обозначено, что поручик Гатчинского гвардейского саперного батальона командируется в Гатчинский гвардейский саперный батальон. Тут любого в первый миг ошарашит…
— Вот что, голубчик, — сказал Савельев решительно, — давно служишь, я вижу, службу понимать должен… Не твоего это ума дело. Мне нужен караульный начальник, а еще лучше — комендант батальона.
Какое-то время унтер сверлил его уже не удивленным — по-охотничьи прищуренным взглядом. Сразу видно, что удивление он решил оставить при себе, вернуться к скрупулезному выполнению устава. Однако в будку он не вернулся и кнопку звонка не нажал — а ведь вот она, знакомая, черная, посреди прикрепленного к стене начищенного бронзового полушария… Вместо этого он сделал шаг влево и, не сводя с поручика бдительных глаз, наступил подошвой казенного сапога на нечто вроде металлической педальки. «Вот оно как, — подумал поручик. — Явно сигнал тревоги подает… Резонно.