Автор
Клэр Рэндолл возвращается в Шотландию, чтобы раскрыть тайну древнего каменного круга и загадочную судьбу Джеймса Фрэзера. Политические интриги и шпионаж приводят к опасностям, заставляя героев искать правду среди бурных исторических событий.
Раздел Chitat.online для книги «Стрекоза в янтаре» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Клэр Рэндолл возвращается в Шотландию, чтобы раскрыть тайну древнего каменного круга и загадочную судьбу Джеймса Фрэзера. Политические интриги и шпионаж приводят к опасностям, заставляя героев искать правду среди бурных исторических событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Клэр Рэндолл возвращается в Шотландию, чтобы раскрыть тайну древнего каменного круга и загадочную судьбу Джеймса Фрэзера. Политические интриги и шпионаж приводят к опасностям, заставляя героев искать правду среди бурных исторических событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Последний отчаянный рывок, треск рвущегося шелка — и они протолкнулись и полетели по плохо освещенному коридору, едва не сбив с ног попавшегося на пути санитара с подносом, на котором лежали стопки салфеток и хирургические инструменты.
Обернувшись, я с удивлением обнаружила, что Мэри Хоукинс все еще рядом. Лицо ее было белее полотняной салфетки — следует заметить, что здесь, в больнице, белье было сероватого оттенка, — а вокруг рта и подбородка залегли голубоватые тени, однако она все же была рядом.
— Давайте живо, поторопитесь! — властно воскликнул хирург, адресуясь, по-видимому, к тому самому санитару, и тот, торопливо поставив поднос, подбежал к нему.
Хирург держал наготове пилу, собираясь отпилить отделенную от плоти бедренную кость. Санитар наклонился наложить второй жгут над надрезом, пила задвигалась с неописуемым скрипучим звуком, и я предусмотрительно развернула Мэри Хоукинс спиной к этой сцене. Я ощущала, как дрожит ее рука, а розовые губки побелели и сморщились, точно побитые морозом лепестки цветка.
— Хотите уйти? — участливо спросила я. — Уверена, матушка Хильдегард закажет для вас карету.
Обернувшись, я вгляделась в полумрак холла.
— Боюсь, что графиня и мадам Ламберт уже отбыли.
Мэри шумно втянула воздух и с самым решительным видом сжала губы.
— Н-н-нет, — пробормотала она. — Если вы остаетесь, то и я тоже.
Я твердо вознамерилась остаться — любопытство и стремление разузнать как можно больше об операциях, проводимых в этой больнице, оказались сильнее желания пощадить чувства Мэри.
Тут и сестра Анжелика соизволила заметить, что мы остались. Вернувшись, она встала рядом и с еле заметной улыбкой на пухлом лице терпеливо ждала, когда мы, подобно остальным, ударимся в бегство. Я склонилась над койкой в углу комнаты. Под тоненьким одеялом тихо лежала страшно исхудавшая женщина. Глаза рассеянно блуждали по сторонам, казалось, она не замечает ничего вокруг. Но не сама женщина привлекла мое внимание, а странной формы стеклянный сосуд, установленный на полу рядом с койкой.
Он был до краев заполнен желтой жидкостью — вне всякого сомнения, то была моча. Я удивилась: что пользы было собирать мочу, когда в те времена не существовало ни методов химического анализа, ни даже лакмусовой бумаги? Но тут меня осенило.
Я осторожно приподняла сосуд, не обращая внимания на протестующий возглас сестры Анжелики. Принюхалась… Да, так и есть: помимо характерного кисловатого запаха испарений аммиака жидкость отчетливо отдавала чем-то сладким — так пах прокисший мед. Секунду я колебалась, но другого способа проверки не существовало. С гримасой отвращения я обмакнула кончик пальца в жидкость и лизнула языком.
